Муж отравленной формалином Екатерины Федяевой: «Как можно компенсировать жизнь человека?!»

На первый взгляд эта трагедия – череда случайностей. Страшных, необъяснимых, нелепых. Но за каждой стоит человек. С невнимательностью, безответственностью, халатностью... Кто и зачем принес флакон с формалином в операционную и почему именно его влили в организм 28-летней пациентки, так мечтавшей родить детей? В этом разбирались сегодня на заседании в Засвияжском районном суде. Три свидетеля рассказали свои версии произошедшего в ЦК МСЧ 15 марта этого года.

Напомним, в марте этого года девушка легла в ЦК МСЧ имени заслуженного врача России В.А. Егорова на плановую лапроскопическую операцию по удалению кисты. Екатерина и Игорь Федяевы планировали первенца, потому молодая жена решила поправить здоровье. Сначала операция протекала в обычном режиме. Но когда понадобился физраствор для промывания брюшной полости, санитарка принесла флакон формалина емкостью 400 мл. Влили не все содержимое, но и этого хватило, чтобы запустить необратимый процесс… В течение суток персонал медсанчасти старался стабилизировать ухудшавшееся с каждым минутой состояние пациентки гинекологического отделения. Вот только Кате лучше не становилось. 16 марта ее экстренно доставили в Ульяновскую областную клиническую больницу. Спустя три дня, бортом санавиации  транспортировали в столицу. Но и светила ФМБЦ имени А.И. Бурназяна оказались бессильны перед смертельным отравлением организма формалином. 5 апреля сердце нашей землячки остановилось.

После этого начались служебные проверки, последовала череда громких увольнений:  должностей лишились главный врач ЦК МСЧ  Владимир Демин и замминистра здравоохранения, семьи и социального благополучия Андрей Баранов. Под следствием оказались четыре медработника учреждения, проводившие операцию погибшей. Это заведующая гинекологическим отделением ЦК МСЧ Валентина Родионова, гинеколог Гельназ Жалалетдинова, операционная медсестра Ольга Зубрилина (ныне Карбышева) и анестезиолог Алмаз Алимов. Все они обвиняются в ч. 2 ст.109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей) и ч. 3 ст. 285 УУК РФ (злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия).

Горько осознавать, но цепь роковых случайностей привела к гибели 28-летней симбирянки. Не иначе как халатностью, безответственным отношением медработников к своим обязанностям не назовешь. Один, не прочитав  этикетку, поставил смертельный флакон не на свою полку. Второй, опять же не прочитав, схватил бутылку и принес ее в операционную. Третий, тоже не посмотрев на бирку и не прочитав ее вслух, запустил флакон в систему. Четвертый не оценил масштаб опасности и не предпринял должных мер по оказанию экстренной медпомощи. Как итог,  загубленная жизнь, искалеченная судьба целой семьи.

Медсестра Зульфия Артисламова и ее бывший начальник анестезилог Алмаз Алимов прибыли в суд.

Флаконы было не различить – они одинаковые

На сегодняшнем судебном заседании стало известно, что пресловутую склянку с формалином в операционную принесла санитарка Валентина Шмураткина, которая до сих пор работает в том гинекологическом отделении. Вообще во время операции место Валентины Владимировны за дверью, в предоперационной. В ее обязанности входит подготовка белья, уборка помещения, приглашение по просьбе врачей другого доктора. Передает она медикаменты оперирующим лишь в экстренных случаях. Такой случай был, по ее мнению, 15 марта.

- В тот день я ждала в предоперационной, когда закончится операция, - пояснила суду санитарка. - Спустя время медсестра Ольга Зубрилина попросила меня быстро принести очищенную дистиллированную воду. Я открыла стеклянный шкаф и взяла с нижней полки два флакона дистиллированной воды. На одном посмотрела надпись «Очищенная вода», а второй стоял рядом. Я и его взяла, не посмотрев этикетку, потому что все они были одинаковыми. Зашла в операционную и передала их Зубрилиной. Вышла обратно в предоперационную и закрыла за собой дверь. Через какое-то время Родионова громко спросила: «Кто принес воду?». Я быстро вернулась в операционную и сказала, что я. Зубрилина держала этот флакон в руке, и я прочитала вслух, что на нем написано «Формалин». Тогда я поняла, что произошло ужасное: формалин залили в отсос. Родионова попросила проверить всю воду на полке, я пошла проверять оставшуюся воду. Больше на полке формалина не было.

Дальше санитарка вместе с коллегой  Альбиной Трубецковой и старшей медсестрой Розой Ермоленко, экстренно вызванной на место, носили в операционную десятки флаконов очищенной воды. Ею промывали поврежденную брюшную полость пациентки. По завершении операции Валентина Шмураткина помогла переложить пациентку на каталку для перевозки в реанимацию. Женщина помнила, что девушка тогда была в сознании. Далее санитарка стала готовить операционную к следующей операции. Тогда все отходы, в том числе и флакон с формалином, по ее словам, выбросила.

- Флаконы физраствора и формалина одинаковы по цвету и этикетке, отличаются только надписью, - пояснила Валентина Шмураткина. - Не знаю, как флакон с формалин оказался на полке с водой.

Не имея медицинского образования, женщина в принципе не знает, для чего используется дистиллированная вода и формалин. По крайней мере, в этом она заверила судью.

Усмотрев противоречия в словах санитарки, гособвинитель Инна Исаева попросила зачитать фрагменты допроса Валентины  Шмураткиной от 2 апреля 2018 года. Выяснилось, что очевидица ранее сообщала, что медсестра Зубрилина не сказала ей, сколько именно ей принести воды, она же взяла сразу два флакона.  После новости о формалине санитарка была в шоке: флаконы с ним стоят в отдельном ящике, а она никогда не держала их в руках. Припомнила тогда она и то, что на промывке было использовано 25 флаконов с очищенной водой.

Переживать те роковые минуты Федяевым нелегко. На суде мама погибшей Кати Галина Барышникова вздыхала и собиралась с силами, чтобы сдержать слезы. Поддерживал ее, держа за руку, зять Игорь Федяев.

Слушать все то, что рассказывали в зале суда, тяжело было всем.

Операционная сестра Оксана Васильева пришла рассказать свою правду о "формалиновом" деле.

Из-за катастрофической нехватки физраствора пациентке вливали очищенную воду

Второй свидетель - операционная медсестра второго отделения гинекологии ЦК МСЧ Оксана Васильева – готовила операционную к лапроскопии Екатериной Федяевой, далее ассистировала врачам. По ее словам, она установила первые два флакона с очищенной водой еще до операции. Взяла она их в стеклянном шкафу в предоперационной. А последующие по просьбе Зубрилиной принесла санитарка Валентина Шмураткина.

-  Зубрилина должна была вслух прочитать название препарата перед применением и всем показать флакон, но этого сделано не было, - сообщила Оксана Васильева. - Я в это время занималась очисткой инструментов. Никто не попросил ее это сделать.

- Когда флакон был заряжен и раствор пущен в брюшную полость, спустя менее минуты я увидела на мониторе, что в брюшной полости пена, сообщила об этом Родионовой. Родионова спросила у Зубрилиной: «Что мы льем в живот?». Зубрилина взяла флакон и прочитала «Формалин, 25-процентный». Все, кто был в операционной, это услышали. Далее флакон был извлечён из аппарата, после чего  стали активно промывать брюшную полость очищенной водой.

По-хорошему промывка брюшной полости должна проводиться физраствором. Но из-за его катастрофической нехватки, как сообщила еще на следствии Васильева, использовали очищенную воду. Свидетель также пояснила, что медикаменты по накладным раз в три дня получает старшая медсестра Роза Ермоленко и именно она раскладывает препараты по полкам.

- Всегда поставляли из аптеки формалин в емкости по 200 мл, а в этот раз 400 мл - очень похожий на флаконы с очищенной водой. Даже дата выпуска у них совпадает, - пояснила Оксана Васильева.

Спустя полчаса женщина уже ассистировала Родионовой и Алимовой на другой операции. Однако утром следующего дня была вызвана в палату интенсивной терапии к пациентке Федяевой, где до окончания своей смены – с 7.30 до 9.00 – промывала брюшную полость девушки очищенной водой. По наблюдениям свидетельницы, состояние вчерашней пациентки ухудшилось.

- Она была в сознании, вялая, пыталась встать, - вспоминала Васильева.

Еще больше подробностей припомнила операционная медсестра на допросе от 6 июня. Из фрагментов, зачитанных судей Людмилой Кашкаровой, выяснилось, что в организм пациентки Федяевой поступило не более 100 мл формалина. После промывки Валентина Родионова заверила, что все будет хорошо, видимых повреждений нет.

Врач-гинеколог Валентина Родионова, а следом за ней муж ее погибшей пациентки Игорь Федяев.

«Я всегда озвучиваю, что ввожу пациенту»

Третий свидетель – медсестра-анестезист Зульфия Артисламова – 15 марта следила за пульсом и давлением пациентки и вспомнила, что к концу операции давление у девушки снизилось. Но так бывает с каждым пациентом. Женщина заверила, что исполняла все указания анестезиолога Алмаза Алимова и всегда озвучивает вслух наименование препаратов, вводимые ей пациенту. Уточнила, что письменных на то инструкций нет, но так их учили делать еще в медучилище.

По ее заверениям, на операции некогда смотреть по сторонам, но помнит, как Родионова спросила Зубрилину: «Что мы вводим?». После того, как выяснилось, что ввели формалин, экстренно промыли полость. После, на ее взгляд, пациентка чувствовала себя хорошо. Лишь утром женщина узнала, что Федяевой стало хуже. Зульфия Артисламова видела, как в палате суетилось много людей, девушке делали УЗИ сердца и промывали брюшную полость.

К слову, все свидетели уточнили, что никто из докторов не просил скрыть от кого-либо случившееся, но и сами они решили ни с кем делиться инцидентом в операционной 15 марта.

На протяжении заседания уточняющие вопросы свидетелям задавали сразу пять адвокатов: Нина Костина (защита Валентины Родионовой), Сергей Хутарев (защита Алмаза Алимова), Юрий Родионов (защита Ольги Зубрилиной), Валентина Стулова (защита Гельназ Жалалетдиновой). Сергей Сучков представляет интересы потерпевших Федяевых.

Последний вопрос мужу и матери погибшей Кати адресовала адвокат Валентины Родионовой.

- Почему вы отказались от компенсации морального вреда, предлагаемой Валентиной Родионовой? – вопрошала Нина Костина. Игорю Федяевой и Галине Барышниковой предлагали выплатить по 200 тысяч рублей.

- Как можно компенсировать человеческую жизнь? – ответил вопросом на вопрос Игорь. – Сколько будет решено судом, столько и выплатит.

- Сейчас пока я ничего брать не буду, даже сумму не знаю. Какая законом положена, та и будет сумма, - упавшим голосом вторила ему Галина Станиславовна.

Под занавес слушания адвокат Зубрилиной попросил судью приобщить к делу справку о состоянии здоровья своей подзащитной. Медсестра, вставившая в отсос роковой флакон, беременна.

Как сообщил ulpravda.ru после суда адвокат потерпевших, впереди не одно заседание с участием  множества свидетелей. Финальная точка будет поставлена не скоро. Высказать свою точку зрения вдовец Игорь Федяев не готов.

- Я не могу сейчас ничего комментировать. Состояние не позволяет. Вы поймите меня, хорошо? Я как только буду готов к диалогу, обязательно расскажу, - вздохнул мужчина.

Адвокат потерпевших Сергей Сучков (слева) и муж погибшей Игорь Федяев после судебного заседания.

12860 просмотров