Бактерию бьёт бактериофаг. Ученый из Ульяновска разработала препарат от сибирской язвы


До сравнительно недавнего времени бактерии и вирусы считались исключительно врагами для человека. Однако научные открытия доказывают, что даже представителям микромира можно найти полезное применение. Каким образом? Об одном из таких примеров корреспонденту «Народной газеты» рассказала кандидат биологических наук, доцент кафедры микробиологии, вирусологии, эпизоотологии и ветеринарно-санитарной экспертизы факультета ветеринарной медицины и биотехнологии ФГБОУ ВО Ульяновский ГАУ Наталья Феоктистова. Область ее исследований - бактериофаги, пожиратели вирусов.

Из истории вопроса. Кто открыл бактериофаги?

У бактерий, как и у других живых существ, есть естественные враги - вирусы, которые стоят «на страже» эволюционного баланса, отслеживают состояние бактерий и при их активном размножении начинают так же быстро увеличиваться в количестве.

Первые сведения о бактерицидном действии неизвестной субстанции появились в конце XIX века, когда британский бактериолог Эрнест Ханкин заметил, что люди, купающиеся в «святых водах» Ганга и Джамны (Индия), чудесным образом исцеляются от холеры. Спустя десятилетия, в 1915 году, его соотечественник Фредерик Творт обнаружил вирусы, уничтожающие бактерии. Через два года после него французский ученый Феликс д’Эрелль сообщил, что открыл «невидимый микроб», поражающий дизентерийную палочку. Им же впервые был применен термин «бактериофаг» (поедатель бактерий), которым мы пользуемся по сей день.

В последние десятилетия интерес к теме бактериофагов разгорелся вновь, что, вероятно, можно объяснить развитием лекарственной устойчивости у бактерий к большинству антибиотиков.

- Ульяновский ГАУ более 60 лет занимается проблемами с бактериозами - делает экспериментальные фаговые биопрепараты, - рассказала Наталья Феоктистова. - Цель - диагностика, лечение и профилактика болезней бактериального происхождения без последствий для организма. В перерабатывающей отрасли бактериофагами можно обрабатывать пищевые продукты, и тогда они не будут портиться. Мы не одни занимаемся этими разработками: единомышленники есть в Москве, Санкт-Петербурге, Пущино и т. п. Есть совместные проекты с Казахстаном. Нашими разработками заинтересовались в Китае.

- Наталья Александровна, как вы пришли в науку и почему?

- Все началось с того, что после института я поступила в аспирантуру. Училась с 2002 по 2005 год, это было тяжелое время, тогда аспирантам не очень-то уделяли внимание. Наука была не на первом месте. Но как только доучилась, все начало постепенно вставать на свои места! Со временем наукой стало заниматься не только интересно, но и даже прибыльно. Первый грант для исследований был от Фонда содействия инновациям У.М.Н.И.К. В 2013 году наша команда под руководством профессора Дмитрия Аркадьевича Васильева получила грант по федеральной целевой программе. Потом - грант РФФИ, трехлетний, потом еще один, он сейчас заканчивается. В целом 2000-е годы дали нам очень многое. Я занимаюсь бактериофагами. Нас неплохо поддерживает Министерство сельского хозяйства, оно дает финансирование на выполнение тематических заданий по определенным тематикам. 

- Когда можно ожидать, что ваши разработки получат широкое внедрение?

- Для этого нужно получить регистрационное удостоверение, это требует больших финансовых вложений. Мы над этим работаем, пытаемся получить поддержку фондов, чтобы некоторые наши проекты реализовать. У нас есть фаги, которые депонированы в государственные коллекции, депонирование - это как патент. Но для тиражирования наших биопрепаратов нужны инвесторы. 

- Чем могут помочь ульяновские разработки?

- У нас есть линейка бактериофагов против энтеробактерий - возбудителей болезней кишечника, есть листериозные и бациллярные бактериофаги, они против бактерий, которые могут вызывать у людей пищевые отравления. Есть даже бактериофаг против сибирской язвы.

- Государство готово поддержать молодых ученых стипендиями, премиями, грантами, помочь им с жильем?

- Ученый в широком смысле - это человек, который занимается научно-исследовательской деятельностью. Однако в российском законодательстве отсутствует правовой статус ученого. В марте прошлого года на встрече с Владимиром Путиным, посвященной обсуждению планов проведения Года науки и технологий, который послужил прологом к Десятилетию науки и технологий, на проблему обратил внимание министр науки и высшего образования Валерий Фальков. Закрепление понятия «молодой ученый» говорит об отношении государства к будущему науки. Благодаря повышению возрастной планки с 30 до 35 лет мерами поддержки для молодежи сможет воспользоваться больше наших деятелей науки.

2567 просмотров

Читайте также