Тайна формалина. В суде разбирались, как флакон с ядом, которым отравили девушку, оказался в шкафу

Громкое уголовное дело о гибели 28-летней Екатерины Федяевой после плановой операции обрастает шокирующими подробностями. Но ясности они не вносят. Наоборот, история все более обретает детективный характер. Если следовать логике очевидцев ЧП в медсанчасти, то неизвестный «внедрил» флакон с формалином в стройные ряды идентичных бутылок с очищенной водой, чтобы убить пациента…

Сегодня в Засвияжском районном суде Ульяновска выступал важный свидетель – Роза Ермоленко. Этой весной она работала старшей операционной медсестрой в гинекологии ЦК МСЧ.  По словам женщины, в ее обязанности входило оснащение операционной медикаментами. Вот и 15 марта в 8 утра, за два часа до первой операции пациентки Федяевой, медсестра проверила самолично стеклянный шкаф с препаратами, их сроки годности и соответствие этикеток со стеллажной картой.  Три флакона с формалином, стоявших в отдельной тумбе, тоже попали в поле ее зрения.

- Ничего лишнего и необычного обнаружено не было, - заверила свидетель. – Согласно моим требованиям медикаменты были присланы из аптеки. Я лично вела учет медпрепаратов.

Убедившись в порядке на полках, приступила к другим делам. За пять минут до окончания первой операции Роза Ильдусовна зашла в операционную и узнала, что в брюшную полость пациентки введен формалин. После этого медсестра проверила содержимое стеклянного шкафа. В нем, по ее словам, стояли бутылки с очищенной водой и физраствором. Проверила каждый флакон собственноручно. На вопрос гособвинителя Инны Исаевой, как формалин мог оказаться в неположенном месте, Роза Ермоленко ответила, что не знает. Но подтвердила, что флаконы с формалином и очищенной водой внешне очень похожи и различаются лишь надписью на этикетке.

 

Подозреваемых множество

После операции Роза Ермоленко заметила, что в тумбе по-прежнему находились три бутыли с формалином, одна из которых была почата.  Ее открывали для заливки операционного материала, предположила Ермоленко и уточнила, что, как правило, используется разово 30 - 40 мл опасного препарата. Но сколько именно было изъято из початого флакона в тот роковой день, старшая медсестра не знает.

Кто же мог поставить пресловутый флакон с формалином в стеклянный шкаф с очищенной водой, остается загадкой. По словам Ермоленко, после проверки ею полок в 8.00 15 марта в предоперационной побывало немало людей. Это медсестры, готовившие операционную к работе, санитарки, наводившие там порядок, врачи и т.д. При этом стеклянный шкаф не был заперт. Каждый медработник, по сути, может его открыть и взять с полки недостающий препарат. Или поставить.

Что удивительно, флакон с формалином так же загадочно исчез, как и появился, если следовать логике свидетеля.

- Куда делся флакон с формалином после операции? – спросила Ермоленко адвокат Валентины Родионовой Нина Костина.

- Неизвестно, - ответила старшая операционная медсестра. – Утилизировали его как мусор, без учёта.

 

 

А была ли должностная инструкция?

Согласно утвержденной должностной инструкции,  пояснила свидетельница, медсестра Ольга Зубрилина должна была самолично выйти в предоперационную, взять из шкафа флаконы с очищенной водой, вернуться в операционную, прочитать вслух наименование препарата, показать его врачам и лишь потом использовать по назначению. Как известно из показаний вчерашних свидетелей, Ольга Зубрилина этого не сделала. А ведь девушка была ознакомлена с документом и даже расписалась под ним, уточнила ее начальник. 

Вообще Ольга была новичком в операционной. В августе прошлого года девушка трудилась палатной медсестрой, а в сентябре решила перейти работать в операционную. Для этого прошла обучение, в декабре 2017-го получила соответствующий сертификат. Еще раньше присутствовала на операциях, набиралась опыта. И даже инструкцию подписала заранее - 25 сентября, т.е. до вступления Ольги Викторовны в должность операционной медсестры.

К слову, это не одна нестыковка в документах. Сначала Роза Ермоленко уверяла, что должностные инструкции ее подчиненные подписали при приеме на работу - в разные периоды времени. По просьбе адвоката Ольги Зубрилиной Юрия Родионова подняли копии тех самых инструкций. Выяснилось, что три из четырех подписаны 25-м сентября, а четвертая – 27 сентября 2017 года. На это Роза Ермоленко, немного растерявшись, ответила, что скорее всего то были повторные документы – «ознакомились с инструкциями, чтобы освежить в памяти знания». Некоторые экземпляры инструкций, приобщенных к делу, и вовсе датированы 21 марта 2018 года, т.е. оформлены после ЧП в отделении.

Всплыла и еще одна странность. В роковой день операционная медсестра Ольга Зубрилина вообще числилась в отпуске. По устной договоренности с руководством девушка на три дня раньше ушла в отпуск, потому и приступила к рабочим обязанностям 13 марта. Вот только документа, подтверждающего это, нет.

Одним словом, мелких неточностей, незначительных нарушений на каждом судебном заседании всплывает немало. Все они, как бусинки, нанизываются на нить череды печальных оплошностей, приведших в итоге к трагическим последствиям.

Ulpravda.ru  следит за развитием событий.

6006 просмотров