Персона дня. Зачем приехал в Ульяновск потомок симбирских Глинка и вдовец доктора Лизы

579 просмотров

В Ульяновске работает выставка-ярмарка «Симбирская книга». Её участником стал Глеб Глинка – потомок симбирских Глинка, американский юрист, вдовец Елизаветы Глинки.


Он приехал для того, чтобы презентовать книгу о его славном роде симбирских Глинка. Произведение основано на записях из тетради-дневника его родной тётки, сестры отца – Елены Александровны Глинки, в замужестве Лебедевой.

В Ульяновске Глеб Глебович не первый раз. Знакомство с городом, где родились его дед и отец, организовал ульяновский краевед Сергей Петров. Сергей Борисович долгие годы пытался найти потомков известного писателя-публициста Александра Сергеевича Глинки Волжского. Только спустя несколько лет удалось связаться через писателя-эмигранта Юрия Дружникова с Глебом Глебовичем – внуком Глинки Волжского.

Глеб ГЛИНКА – ПОТОМОК СИМБИРСКОГО ДВОРЯНСКОГО РОДА, ЮРИСТ, ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ПРАВА, ГРАЖДАНИН США:

«Я первый раз в Россию попал в середине перестройки в 80-е годы, после 86-го года».

- А повод какой был?

«Ну я всегда тянулся сюда. Я вырос в среде эмиграции: остаток первой эмиграции, они уже были достаточно в возрасте, и вторая так называемая, эмиграция, послевоенная. Они все считали, что они только временно за границей. Они даже не называли себя эмигрантами, а беженцами. И папа мой, например».

Глеб Александрович Глинка – отец Глеба Глебовича, советский поэт, прозаик, литературовед, во время войны попал в плен к фашистам, а потом бежал и был вынужден остаться за пределами своей страны.

«Папа мой отказывался, он никогда гражданство чужое не принимал, хоть у него не было гражданства, потому что он потерял советское своё гражданство, когда за границу уехал. Так что он был так называемый дипи – это люди без гражданства, они путешествовали через нансеновский паспорт. Так что он и английский язык, например, не выучил, он, может быть, двадцать слов английского знал. И это за 30 с чем-то лет. Он жил там как в гостях.   

- А мама ваша откуда?

«Мама была полька. Она вообще спасла папу, потому что после войны был «ялтинский договор», по его положению люди, которые были советские граждане в день объявления войны, их нужно было вернуть. Так что мама его провела через Европу как глухонемого, потому что он только русский знал. По крайней мере так они рассказывали. И, по сути, спасла его».

- В России у Глеба Александровича осталась семья. Когда вы узнали о сводной своей сестре?

- Ой, тоже интересный момент. Достаточно случайно. В эмиграции, особенно образованной эмиграции, это достаточно узкие были круги. И был прекрасный филолог, который преподавал в Гарварде. Тарановский его звали. И он папу знал. Ирина не очень долго была замужем за филологом Юрием Левиным. И они друг друга знали. И как-то разговор зашёлся о том, что да, есть такой Глеб Глинка, который в Нью-Йорке, он даже пишет статьи, писал целую книгу о «Перевале» - это литературное образование, в котором он участвовал».

С благословления папы Глеб Глебович приехал в Россию и встретился со своей сводной сестрой Ириной.

«Когда первый раз я попал в Москву, всё было настолько знакомо, даже было такое ощущение дежавю, что я здесь был, видимо, потому что мне такую чёткую картину разрисовали в сознании или в подсознании».

Ирина встретила ранее незнакомого ей брата очень дружелюбно, они много гуляли по Москве. Потом договорились, что она обязательно приедет в США. Для неё это был сложный шаг: ей было 10 лет, когда началась война и отец ушёл на фронт. Она считала, что он их с мамой бросил.

«Под самый конец его жизни Ирина приехала в Нью-Йорк и с ним пообщалась. Он уже был в своём мире. Он общался с Баратынским и уже как-то ушёл из этой ежедневной жизни. Так что эта встреча, особенно для неё была не очень удовлетворительная. Там были очень сложные отношения».

Встреча с Ириной была для Глеба Глебовича по-настоящему судьбоносной. Она познакомила его со своей подругой Елизаветой – медиком по образованию, которая впоследствии стала его женой.

«Я собрал всё своё мужество, позвонил ей и пригласил в кино, ничего более интересного не мог придумать. И потом в ресторан. Это был тот период, когда в рестораны было трудно попасть, ничего не было, одно блюдо, очень грубые официантки. Так что романтики было мало. Мы очень рано поняли, что мы вместе останемся. Это такое. Даже сейчас для меня странно, я говорю вслух, а в голове у меня крутится: но как это могло быть?»

Глеб Глебович очень хотел остаться со своей женой в России. Это был конец 80-х годов - суровые времена, когда в стране царил хаос.

«Мне очень хотелось здесь остаться. Я даже получил работу. Договорился с англоязычной газетой. Не «The Moscow Times», а «The Moscow News». И я с ними договорился. И они сказали, с удовольствием какую-то смехотворную сумму будем платить, и вы будете нашим корреспондентом здесь, можете писать на английском. Я с большой гордостью вернулся. Она посмотрела на меня со смесью жалости и снисхождения».

На тот момент у Глеба Глебовича была уже хорошая юридическая практика в Штатах, и он преподавал право. Так что обдумав все за и против, они уехали в штат Вермонт и прожили там 17 лет. Елизавета Петровна повысила свою квалификацию в сфере паллиативной медицины – это направление изменило всю её жизнь и сделало тем, кем она стала. Но ей пришлось вернуться в Россию, когда мама попала в больницу и впала в кому. Елизавета приходила к ней каждый день. Именно в тот период младший сын Алексей окончил школу, приехал с отцом в Москву и поступил в Высшую школу экономики.

Потом они снова уехали в Штаты, где оставался старший сын Константин. 25 декабря 2016 года Елизаветы Глинки, доктора Лизы, любимой женщины Глеба Глебовича, не стало. Доктор Лиза погибла в авиакатастрофе под Сочи. Она сопровождала в Сирию партию лекарств для университетского госпиталя Тишрин в Латакии. Как вспоминает Глеб Глебович, во время прощания в Успенском храме Новодевичьего монастыря в Москве вся людская толпа опустилась на колени.

Про Елизавету Глинку тоже идёт речь в новой книге «Симбирские Глинки». Она издана в издательстве УлГУ.