Господь вёл меня за правую руку…

10 октября этого года митрополиту Симбирского и Новоспасскому Проклу исполняется 70 лет. 40 лет служит владыка Богу, из них 26 лет возглавляет Симбирскую епархию Русской Православной Церкви на земле Симбирской и пользуется заслуженной любовью и уважением как духовенства, так и мирян. Накануне юбилея мы встретились с Его Высокопреосвященством владыкой Проклом для беседы.

– Владыка, вы – человек известный и популярный не только в среде священнослужителей и православных мирян, но и среди других слоёв населения Ульяновской области. И Ваша биография многим известна. Если можно, расскажите подробнее о своём детстве.

– Бог всегда промышляет о человеке. Родился я в Ленинграде во время блокады в 1943 году, в простой семье. Время было очень тяжёлое, и мама моя, когда носила меня во чреве, имела желание освободиться от меня… Понимаете, как это называется. Но знакомый ей старец, блаженный Иван Петрович, сказал ей: «У тебя родится мальчик, будет служить Богу». Вот так, по промыслу Божию, всё и случилось.

– Известно, что Ваши религиозные убеждения сложились благодаря бабушке…

– Мои родители не были атеистами: Бог есть – хорошо. Но и к Церкви относились с осторожностью, можно сказать, с сочувствием. Конечно, я рос больше под влиянием бабушки и дедушки, очень их любил. Они привили мне добрые чувства: любовь к Богу, к Церкви, к поэзии. Бабушка была духовной дочерью великого подвижника батюшки Серафима Вырицкого. Когда ей было 28 лет, она тяжело заболела, должна была умереть, но по молитвам отца Серафима Вырицкого получила исцеление от своей смертельной болезни. Это укрепило её веру, она прожила 96 лет. Вообще надо сказать, в Петербурге в то время было много благочестивых людей и замечательных старцев.

– В детстве Вы своё призвание чувствовали?

– Призвание ощущал. С детства из моих сверстников кто чем интересовался, а мне очень нравилось бывать в храме. С бабушкой мы ходили в храм Петра и Павла. Батюшка там очень хороший был, отец Борис – я мальчонком с ним общался. Также с бабушкой ходили постоянно на могилку преподобного отца Серафима Вырицкого. А в 14 лет я уже самостоятельно посещал Троицкий собор Александро-Невской лавры: как раз в 1957 году его только что отреставрировали и открыли. Первым настоятелем собора стал епископ Алексий Коноплёв. Я ходил на раннюю Литургию – мне очень нравилось богослужение, в особенности – архиерейские службы, они проходили очень торжественно и красиво.

– И всё же избрать пришлось сначала мирскую профессию?

– Да, я поступил в техникум лёгкой промышленности. Дедушка был портной, он хотел, чтобы я пошёл по его стопам. Помню, учительница истории, усомнившись в правильности моего мышления, подарила брошюру «Спутник атеиста». Книжонку я прочёл, но она только укрепила мою веру в Бога. А после техникума пошёл работать на производство и продолжал посещать храм. Слава Богу, мне встречались прекрасные пастыри – столько черпал от них доброго, светлого. В 1964 году меня призвали в армию. После сборов 7 июля нас отпустили домой, и я направился в Никольский собор – там служил замечательный священник Василий Ермаков. Вот, на стене его портрет: какая приятная личность! Я сказал ему, что меня забирают в армию, а он: «Давай, Коля, отслужим молебен святителю Николаю, Матери Божией и Иоанну воину».Моя тётя очень хотела, чтобы меня взяли в армию и там прочистили мозги, но она не понимала, что царствие Божие внутри нас. Три года отслужил я в Заполярье в стратегической авиации. Всё было хорошо, никакого давления на меня не оказывалось. Господь по молитвам старцев, бабушки и дедушки меня хранил, а ведь многие обмораживались, погибали.

Вернулся я домой, и в 1968 году подал документы в Духовную семинарию, но меня отправили на военные сборы. Позже я узнал, в чём была моя ошибка: к документам я приложил диплом об окончании техникума, и уполномоченный по делам религий – он все документы просматривал – принял меры. Но решение для себя я уже принял, и в 1970 году поступил в семинарию. Конкурс был большой – семь человек на место: в основном ребята с западной Украины. После беседы с инспектором многих отправляли назад. Мне инспектор задал вопрос: «Будешь хорошим батюшкой?» Я ответил: «Как Бог даст». Меня взяли.

– Как на это среагировали дома и на работе?

– Дедушка к тому времени уже умер, бабушка порадовалась. Папа поддержал меня, а мама была против – она видела все репрессии против Церкви. Раньше поступить в семинарию было всё равно что сбежать за границу. Меня не отпускали с работы, прорабатывали, высмеивали в стенгазете: как это – образованный человек поддался религиозной пропаганде! Шуму много было. Пришлось сдавать экзамены и одновременно ходить на работу, но потом удалось всё же подписать трудовую. Девушка в отделе кадров испуганно спросила: «Что же я Вам напишу?» – «А так и напишите, – говорю ей, – уволен в связи с переходом на учёбу». И только она сделала запись, вошёл директор фабрики, чтобы остановить меня, но было уже поздно. Я твёрдо решил идти в священники.

– А как пришло решение стать монахом? Это ведь очень непростое решение.

– Промысел Божий. Я не стремился стать архиереем – и в мыслях не было. Господь вёл меня за правую руку… Если уж совсем откровенно, был такой сон… Это перед поступлением в Духовную семинарию. Вижу старца во сне, народ толпится вокруг него, а мне так хочется попросить у него благословения, но неудобно подойти – слишком много людей. Я в страшном волнении. И вдруг – никого нет: я один на один со старцем. Он благословляет меня иконой Божией Матери с младенцем, держащим свиток с надписью: «Исполнение желаний». Вся моя жизнь в том сне прошла перед глазами, как на экране. Я перелистал всю литературу, но такой иконы не нашёл, хотя образ старца запомнил. Прошли годы. И одна женщина решила подарить мне иконочки. Гляжу: о чудо! Вижу того самого старца, в руках у него иконка: Матерь Божия с младенцем, а в руках у него – свиток. Старец этот – святитель Ипатий Гангрский. Это он меня благословил...

– Постриг Вы приняли уже в Духовной академии?

– Так Господь управил, я благополучно поступил сразу на второй курс Семинарии. Признаться, я и не собирался в академию, но митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим (Ротов) на выпускном после окончания семинарии сказал: «Ты идёшь в академию». А принимал экзамены ныне здравствующий Святейший патриарх Кирилл – он к этому времени уже окончил академию. Я даже помню, какой он мне вопрос на экзамене задал. Потом я у него служил настоятелем в кафедральном соборе его Выборгской епархии, и он же тогда был ректором Духовной академии. На нашем курсе из 10 человек шестеро стали архиереями. На четвёртом курсе, 5 января 1973 года, митрополит Никодим постриг меня в монашество. Его портрет тоже висит на стене в моём кабинете – посмотрите, какой замечательный человек... Более 14 лет прослужил я священником, 26 лет – епископом, сорок лет, как монах.

– Все удивляются, как Вы всё успеваете. И облик Ваш не вяжется со строителем. Как удалось столько построить?

– Самое главное – терпение. Надеяться надо не на человека, а на Божью помощь. У нас уже 240 приходов. Построили свыше ста храмов. Есть у меня мечта построить в Новом городе Успенский храм. Там теперь два храма: Николаевский и Андреевский, но микрорайон большой, нужен ещё храм.

Сейчас все силы отдаём, чтобы достроить Свято-Вознесенский кафедральный собор. Ребята отлично работают. Не без участия губернатора: он помог найти спонсоров, сам лично курирует стройку. Очень ему за это благодарны! Надеемся, что освящать собор будет Святейший патриарх Кирилл. Но приезд патриарха – дело сложное. Требуется решить много вопросов. У нас в плачевном состоянии здание митрополии на ул. Л. Толстого. Внешне оно не смотрится как аварийное, но держится лишь на обшивке. Недавно рухнул потолок. Вот такие дела. Сделано очень много – я и сам порой удивляюсь. Человек предполагает, а Господь располагает.

– Вы сказали «Господь вёл меня за правую руку». Если говорить мирским языком, Вам «везло». В чём это проявлялось?

– «Везло» мне на людей, на архипастырей. В хрущёвские времена Церковь испытывала особенные гонения, может быть, поэтому Господь, чтобы поддержать нас, посылал замечательных старцев и стариц – женщин-подвижниц много было, среди них и прозорливые: мать Наталья, мать Серафима – монахини, обладавшие многими дарами Духа Святого. Мать Серафима однажды подарила мне панагию, знак епископского сана. Я очень удивился, говорю ей: «Я не стану епископом». А она в ответ: «Вот когда исполнится, тогда вспомнишь». А ведь это было за 10 лет до моей хиротонии (посвящения в сан епископа)! А однажды она посетовала: «Прокл, я так не хочу, чтобы тебя перевели в Выборг. Там даже иконки не наши – чухонские!» – «Да что вы, матушка, какой Выборг?» И действительно, меня потом туда перевели, назначили настоятелем кафедрального собора.

На меня оказали сильное влияние преподобный Серафим Вырицкий и Игнатий Брянчанинов, которых я всегда очень чтил. Очень повезло мне и с преподавателями в Духовных Семинарии и Академии: я застал преподавателей ещё царского времени – они чудно, доходчиво преподавали и многое нам открыли. Учился я архиерейскому служению у отца Николая Фомичёва, которого очень уважал. Владыка Никодим (Ротов) был образцом архиерейского служения, владыка Алексий (Ридигер). По милости Божией я монах, нисколько об этом не жалею. Вся моя жизнь – осуществление того юношеского сна. Всегда и за всё благодарю милосердного БОГА!

С митрополитом Симбирским и Новоспасским беседовала Ольга Шейпак

 

1046 просмотров