Фёдор Богородский: "Не каждый регион может похвастаться такой прозрачностью и таким порядком"

Накануне 250-летия выдающегося русского историографа и литератора Николая Карамзина Ульяновск посетил его потомок Федор Богородский, который почти 10 лет живет в столице Уругвая Монтевидео.
Он возглавляет Дом Карамзиных, как экономист занимается бизнес-проектами, а также популяризацией русской культуры в странах Латинской Америки.
В Ульяновске Федор Богородский посетил фотовыставку «В поисках Карамзина» фотографа и путешественницы Ольги Рачковской, проходящую во Дворце книги. Там же в библиотеке состоялась его встреча с ульяновцами, где он рассказал о себе.
Федор Богородский любезно согласился дать эксклюзивное интервью «Ульяновской правде».


История семьи
- Федор Дмитриевич, как давно вы узнали, что являетесь родственником Николая Михайловича Карамзина?
- О родственной связи с Карамзиным я узнал примерно в 5-6 лет от своей бабушки по линии отца Софьи Васильевны Разумовской - советского искусствоведа, автора более 100 монографий и книг о русских художниках, в том числе о своем муже и моем деде Федоре Богородском. Также она изучала творчество Аркадия Пластова - вашего земляка. Бабушка всегда напоминала, откуда мы, рассказывала про основателя семьи и что на самом деле мы - татары. И это видно по фотографиям самого Карамзина и его брата, у них татарские черты лица.
- Я слышала, что ваш род насчитывает более 500 лет. Это так?
- Скорее всего, даже больше, просто об этой дате свидетельствуют сохранившиеся документы. Историю фамилии я знаю с XVI века. По словам моей бабушки, основателем ее был Семион, происходивший из именитых татар и принявший христианство. Его сын, Дмитрий Семионович, - прапрадед Карамзина. Брат Николая Михайловича - Василий, от которого идет моя семья, всегда рассказывал своим детям о том, что фамилия их была Рамзины, а после принятия христианства стали использовать приставку «Ка» к фамилии. В то же время в народе ходила и другая версия происхождения фамилии Карамзиных - от прозвища Черного Мурзы, Кара-Мурзы.
- Вы - Богородский. Откуда пошла эта фамилия?
- По линии отца я унаследовал фамилию Богородский, хотя мог взять фамилию Разумовский и Карамзин тоже. Эта фамилия идет от священнослужителя, который служил в церкви в селе Богородском. Нужно сказать, что священников в роду было очень много как по линии Богородских, так и Разумовских. Интересно, что по линии Карамзиных тоже были священнослужители, только мусульмане.
- Сейчас многие спорят о месте рождения Николая Михайловича. Где же он все-таки родился?
- Николай Михайлович Карамзин, по данным нашей семьи, родился в Карамзинке Симбирской губернии, раньше это было село Знаменское. Все записи и копии переписки шли из Знаменского, в том числе новость о рождении сына Николая.
- Какие документы сохранились?
- Документов сохранилось достаточно много. Некоторые из них мы передали в Ессентукский краеведческий музей, потому что в Ессентуках когда-то жила моя семья. Там, кстати, сейчас открыта выставка сестры моей бабушки, живописца Юлии Васильевны Разумовской. Очень много документов отдали в Саратовский университет. Это один из университетов, который основал мой прадед Василий Иванович Разумовский - профессор, заслуженный деятель науки. Он стоял у истоков нейрохирургии, был великолепным диагностом. Благодаря его организаторскому таланту были созданы три государственных императорских университета - в Баку, Тбилиси и Саратове. Вообще, каждое поколение нашей семьи сделало свой вклад в историю России. Так, мой дед Федор Семенович Богородский является основателем художественного факультета ВГИКа. Некоторые его работы, такие как «Братишка», «Слава павшим героям», находятся в Третьяковской галерее.


Труды Карамзина
- Но, наверное, самый огромный вклад в историю России сделал Николай Михайлович Карамзин. Его труд «История государства Российского» читают несколько поколений россиян. А вы, кстати, читали его произведения?
- Да, конечно. «История государства Российского» - значительный труд. И это большая почва для творчества других писателей, поэтов. В то время она заставила задуматься обычных людей - кто они такие, откуда пришли и из каких семей они появились. Карамзин буквально открыл историю России, потому что до него такой популяризации истории просто не было. Безусловно, в творчестве Карамзина есть противоречия. Он был приверженцем самодержавия, что нельзя сказать о каждом. К примеру, о Пушкине. Это - отрицательная черта его труда. С современной точки зрения «История государства Российского» - это больше бывший исторический образ России. Можно долго спорить о том, как Карамзин писал о российских лидерах, на что именно он обращал внимание. Но он писал так, как хотел изложить, запечатлеть свое убеждение в развитие страны как самодержавного государства. В конечном результате труд удался, мы его читаем до сего времени.
- А за границей читают Карамзина?
- К сожалению, за границей практически нет трудов Карамзина, потому что в советское время он был фактически запрещенным писателем. Издательства «Мир» и «Наука» не переводили Карамзина так, как Достоевского или Пушкина. Сейчас, например, не проблема купить в Монтевидео книжку Достоевского или Гончарова, но невозможно Карамзина.
- А какое произведение вам наиболее интересно?
- Интересно, конечно, его путешествие по Европе. Он ведь был очевидцем Великой Французской революции. Я считаю, это нашло отражение и в «Бедной Лизе», и вообще в убеждениях Карамзина. Вы знаете, что он был ярым консерватором и сторонником самодержавия. Даже Пушкин об этом писал четверостишия с иронией.
Но я больше восхищаюсь Карамзиным как человеком. Он был всесторонне развитым, знал в совершенстве французский и немецкий языки, изучив их еще в России. После путешествия он мог уже изъясняться на немецком и французском сленге - свободном народном языке. И вы знаете, что Карамзин внес новые слова в русский язык, заимствованные. Мне очень нравится художественный стиль, слово Карамзина. Приятно был удивлен сказками Карамзина. Этот сборник мне подарили в Ульяновске в прошлый приезд. Замечательная книжка! А вообще мне очень нравится поэзия Карамзина, ее, к сожалению, немного.
- Как вы считаете, кто из симбирян внес наибольший вклад в историю России?
- Надо всегда помнить, что Симбирск-Ульяновск - это родина не только Карамзина, Гончарова, Пластова, но и Ленина. Не надо об этом забывать. Я считаю, что Владимир Ильич Ленин (Ульянов) сыграл немаловажную роль. И если бы не он, это вообще вопрос: выстоял бы СССР в войне против фашизма. В начале века Российская империя переживала глубокий экономический кризис, а точнее - был полный развал экономики. И если бы страна не пошла по социалистическому пути развития, то неизвестно, где бы мы с вами жили: были бы немецкой колонией или еще чем-то. И когда говорят: давайте пересматривать историю государства, там все неправильно, я с этим не согласен. Каждый - и Карамзин, и Ленин - оказал существенное влияние на страну. Если Карамзин помог россиянам познать себя, то благодаря Ленину мы находимся сегодня именно в России, он оказал влияние на формирование государства, которое с тех пор является сверхдержавой.


Москва - Уругвай
- Федор Дмитриевич, как вы попали в Уругвай?
- Это очень интересная история. Я работал в Инвестиционно-банковской группе НИКойл. Это был довольно тяжелый труд. Я от него очень устал и решил, что после окончания контракта нужно отдохнуть. И мы с семьей уехали в Уругвай. Сыну Александру тогда было всего три месяца. Так получилось, что мы с ним остались вдвоем, с женой развелся. И первые три года в Уругвае я фактически провел со своим сыном.
- А учились и жили до этого в Москве?
- Я учился в обычной московской школе, бегал во дворе с мальчишками и играл в футбол и войнушку. Сбегал с уроков и дергал девчонок за косички. Провел детство так, как и многие наши ребята. Однако это была лишь одна сторона моего детства. В 1980 году родители меня отдали в музыкальную школу, потом перевели в класс фортепиано школы при Московской Государственной консерватории имени П.И. Чайковского. Но отец мой, Дмитрий Федорович Богородский, будучи художником кино, окончив художественный факультет ВГИКа, который создал мой дед, и дав мне несколько примерных уроков рисования, принял решение перенаправить меня по своему пути. Он стал готовить меня к поступлению тоже на художественное отделение ВГИКа. Когда мне было 12 лет, я снимался в фильме «Раз-два, горе - не беда» - детской сказке. А когда оканчивал школу, я с отцом даже поставил два спектакля в Курском драматическом театре и во Владимирском театре.
В общем, не было даже намеков, что я стану экономистом. Но подоспели 90-е годы. Это было печальное время: все разваливалось, в том числе киностудии. Как-то раз мне приятель принес почитать книгу Драйзера «Финансист». Меня эта тема заинтересовала, и я решил: почему бы и мне не стать им, к тому же математика мне всегда давалась легко. Я решил поступать в Московский финансовый институт, тем самым вызвав гнев со стороны отца. После окончания института первым моим проектом было распространение на постсоветском пространстве первой иностранной платежной карты МастерКард. Напомню: в 1989 году Госбанк СССР подписал соглашение с американской системой МастерКард о входе на российский рынок. Тогда народ в нашей стране о платежных картах вообще понятия не имел, все знали только продовольственные карты. Мне это было интересно. И так получилось, что в дальнейшем я стал заниматься проектами больше как экономист, нежели как предприниматель и финансист.
- Какие проекты вы реализовываете в Уругвае?
- Первый мой проект в Уругвае - это «Русская культура». Он включал экспозицию художников Академии художеств России, вечера классической фортепианной музыки и показ художественного фильма «Три женщины Достоевского» моего брата Андрея Разумовского. Это было культурное направление моей деятельности, которое я организовал как председатель Дома Карамзиных в Уругвае. И в этом году оно было продолжено: состоялся культурный телемост между Ульяновском и Монтевидео. Мы решили, что будем продолжать общение между двумя странами и городами, потому что Монтевидео тоже является, как и Ульяновск, культурным городом ЮНЕСКО. Так что мы будем обмениваться опытом в сферах развития образования, муниципального управления и искусства.


Проекты на родине Карамзина
- А когда вы первый раз побывали на родине своего выдающегося предка?
- В 2012 году. Тогда было подписано соглашение между ЗАО «РИТДИС», одним из учредителей которой я являюсь, и Ульяновской областью по реконструкции системы водоснабжения на ресурсной основе Барышского и Свияжского месторождений. Планировалось, построить 100-километровую трассу-трубопровод от источников до Ульяновска. Я делал заключение, что действительно это актуально и необходимо, что проект реализуем и  рентабелен, что около скважины нужно построить завод минеральных вод, поскольку на это есть спрос. Вы знаете, что скоро третьим «золотом» после нефти будет пресная вода? Я очень удивлен, что этот проект до сих пор не реализован.
На тот момент меня пригласил поучаствовать в нем бывший министр внешних экономических связей Республики Татарстан Рашид Ахунов. К сожалению, господин Ахунов умер. И я так понимаю, другого лоббиста этого проекта нет.
- Какой проект сегодня, кроме названного выше, вы бы хотели реализовать в Ульяновской области?
- Например, в Латинской Америке - Уругвае, Аргентине, Перу, Бразилии - очень востребована техника для фермеров, поскольку развито фермерство, там занимаются в основном животноводством и виноделием. А в Ульяновске есть автомобильный завод, который выпускает автомобили для фермеров. Я очень удивлен, что до сегодняшнего момента никто этим не занимался, даже представительств завода в Латинской Америке нет, а спрос на такие автомобили, как «УАЗы», там большой. На рынок Латинской Америки выходили китайцы со своими джипами, но вы знаете, что качество у них неважное: год проездит, и - все. Эта техника имеет кучу проблем в обслуживании. Латиноамериканцы любят качество. Конечно, если продукция качественная и у нее разумная цена, они сделают выбор в ее пользу. И второй момент: известно, что Латинская Америка - вторая родина «Жигулей» и «УАЗов». Известно также, что советская техника собиралась и поставлялась через Бразилию в другие страны. Самыми популярными моделями были «четверка» и «Нива». «УАЗ» был популярен в министерствах обороны Уругвая, Аргентины и Бразилии. Насколько я знаю, в Бразилии сейчас собирается «Тигр», тоже военная техника, а про «УАЗ» забыли. Об этом я напомнил Сергею Ивановичу Морозову, вашему губернатору, во время нашей встречи. Лишний рынок сбыта заводу и региону точно не помешает, тем более, когда есть спрос на технику.
- Вы теперь частый гость в Ульяновске. Что вам больше всего понравилось у нас?
- Мне, во-первых, понравились ульяновцы: добрые, душевные, приятные в разговоре люди. Очень понравилась чистота города: чистый не только от мусора, но и ментально. Очень понравился порядок в управлении с точки зрения государства. Пожалуй, не каждый регион может похвастаться такой прозрачностью и таким порядком. Очень понравился губернатор, он действительно болеет за свое дело и пытается привлечь инвестиции, чтобы все были счастливы.

Ирина Антонова

269 просмотров