Жительница Ульяновска умеет слышать голос преступления

 Фоноскопическая и компьютерно-техническая (лингвистическая) экспертизы - сравнительно новый вид экспертиз, о которых гражданам в настоящее время мало что известно. При этом данный вид экспертиз все чаще назначается судами и следственными органами для сбора доказательств и выяснения обстоятельств различных видов преступлений. 

Экспертная практика показывает, что слово не воробей, а значит, настало время дать развернутые ответы на вопросы: кто, как и зачем его ловит.

О возможностях и особенностях своей службы рассказывает главный эксперт отдела фоноскопических и компьютерных экспертиз экспертно-криминалистического центра УМВД России по Ульяновской области майор полиции Гулия Ахмерова.

Фонограмма мошенника 

По образованию Гулия Наилевна учитель русского языка. И даже какое-то время им работала. Но вот уже 15 лет как служит в правоохранительных органах. Сначала, в 2005 году, она пришла в пресс-службу УВД Ульяновской области. А с 2008 года работает в качестве эксперта. 

- Я узнала, что у нас открывается направление по производству фоноскопических экспертиз и туда требуется филолог. Меня это заинтересовало. К тому же у меня муж был экспертом-криминалистом, и о работе экспертов я знала не понаслышке, - рассказывает Гулия Ахмерова. 

Она прошла обучение в Москве, и уже в 2009 году первая фоноскопическая экспертиза, сделанная в Ульяновске, была готова. 

Принцип работы с тех пор практически не изменился. Эксперт получает две записи голоса. Первая - это так называемая спорная фонограмма - запись телефонного разговора с угрозой, вымогательством, разговором мошенника и жертвы. Вторая запись - голос подозреваемого, записанный уже полицейскими. Задача эксперта дать ответ - говорит ли один человек на двух записях или нет. 

Если кому-то кажется, что это просто, то вы глубоко заблуждаетесь. Одно дело, когда человек не меняет своего голоса, да к тому же еще имеет некоторые особенности речи, например, ненормативно произносит звук Р, шипящие или другие звуки. И совсем другое - когда он пытается скрыть свой голос : имитирует акцент, повышает или понижает высоту голоса, изменяет тембр. Тогда эксперту приходится сильно прислушиваться, чтобы понять, один это был человек или нет. Гулия Ахмерова привела пример, как мошенник, обманывавший людей с помощью сайта объявлений, так умело менял голос, что звонил потерпевшему и как продавец электроники, и как банковский работник. 

- Мошенники - настоящие актеры, да еще и психологи. Но все равно, как бы ни меняли голос или манеру речи, есть некоторые особенности, по которым эксперт поймет, что это говорил один и тот же человек. Это и построение предложений, и употребление в своей речи определенных слов, и некоторые другие особенности, - рассказывает Гулия Ахмерова. - Да, может быть, чтобы дать точную оценку, приходится тысячу раз слушать один звук или одно слово. Но цена ошибки здесь слишком высока. 

Еще один сложный вариант - когда работать приходится с материалами, назначенными по делам, связанным с ОПГ. Например, Гулия Наилевна рассказала, что не так давно ульяновские полицейские раскрыли банду мошенников, обманывавших людей под видом продажи породистых собак. Их было несколько человек, и спорная фонограмма имелась с голосом каждого. По словам Гулии Ахмеровой, в таких случаях экспертиза может занять несколько дней, а то и недель. Вообще, как говорит эксперт, записи разговоров мошенников - это сейчас главный фронт работы при проведении фоноскопической экспертизы. 

Полицейский словарь

Однако бывают случаи, когда подозреваемые не отрицают своего участия в разговоре, но утверждают, что ничего противозаконного не говорили. Тут наступает время лингвистической экспертизы. 

- В этом случае стоит задача найти скрытые смыслы в тех словах, что сказал предполагаемый преступник. Пожалуй, это самая сложная и наукоемкая работа, - рассказывает Гулия Ахмерова. 

И если в фоноскопической экспертизе главный инструмент - это наушники, то в лингвистической - словари. В кабинете Гулии Ахмеровой ими заставлены несколько полок. 

Кроме телефонных разговоров, лингвистическая экспертиза проводится и по поводу публичных высказываний, которые, например, могут быть расценены как разжигание ненависти. Или каких-то фраз на видеороликах. Хотя все-таки лингвистическую экспертизу проводят не столько для устной речи, сколько для письменной. И вот тут за прошедшие десять лет в работе экспертов кое-что заметно поменялось.

- Лет десять назад на экспертизу приносили листовки или просили проверить надписи на стенах, даже в подъездах. Сейчас основная масса материала - это записи в интернете. Например, посты в блогах или комментарии, написанные слишком агрессивно, - рассказывает Гулия Ахмерова. 

Эксперт объясняет: анализируя подобные записи, они не ставят своей целью непременно доказать, что та или иная фраза носила, например, экстремистский характер. Это уже дело следствия и суда. Но если в каком-то комментарии из соцсети есть признаки экстремизма, то эксперт-лингвист их в любом случае выявит. Даже если их пытаются скрыть за потаенными смыслами. 

Узнаю автора

При проведении автороведческой экспертизы анализируют уже только тексты. И бывает она двух видов. Первая - идентификационная. Эксперту приносят, условно, три текста анонимных и один написанный подозреваемым под наблюдением полицейского, и нужно понять, один ли это человек писал или нет. Так же, как с голосом и речью, человека всегда выдает манера письма.

Второй вид автороведческой экспертизы - диагностическая. По тексту эксперт должен составить своего рода портрет автора: его пол, род деятельности, интроверт он или экстраверт и многое другое. Нередко этого вполне хватает, чтобы определить личность человека, причем весьма оперативно. 

- Был случай, когда в одном из районов несколько раз поджигали учебное заведение. И после очередного поджога нашли записку, написанную по трафарету, с требованием: или уволить преподавателя, или поджоги продолжатся. Этой записки хватило, чтобы вычислить поджигателя, - рассказала Гулия Ахмерова.

Вообще же автороведческую экспертизу проводят по запискам с угрозами, требованием денег, даже предсмертные записки анализируют, чтобы исключить вариант написания по принуждению. 

Кстати, технический прогресс и здесь внес свои коррективы. Как говорит Гулия Наилевна, сейчас абсолютное большинство текстов напечатано на компьютере. И в какой-то степени преступники этим облегчают работу экспертов - им не нужно разбирать корявый почерк шантажиста или вымогателя. 

Иван СОНИН

Читайте наши новости на «Ulpravda.ru. Новости Ульяновска» в Телеграм, Одноклассниках, Вконтакте и MAX.