Убит на Тейкарин-Саари. Как дочь не дождалась отца с Зимней войны

Моя бабушка Валентина Николаевна Ефимова никогда не видела своего отца. Она родилась почти через месяц после его смерти. А погиб ее отец, мой прадед, 3 марта 1940 года, в самом конце войны, у которой несколько названий. 

Кто-то называет ее Советско-финская, или Советско-финляндская. В Финляндии ее называют Зимней войной. Я же привык ее называть так, как говорила моя прабабушка Антонина Семеновна, - Финская. 

В 30 километрах от Ленинграда 

До 1917-го Финляндия была княжеством в составе Российской империи. Пограничных столбов не было. И когда в 1920-м она стала самостоятельным государством, границу между странами провели условно. Выборг и Карельский перешеек, включенные в состав России еще Петром I, оказались в другой стране.

«Мы должны понимать, что финны в русской революции сыграли одну из основополагающих ролей. Все поставки оружия нашим революционерам начиная с 1905 года шли только через Финляндию. В Финляндии жил Ленин, Финляндия его спасала, поэтому где будет граница, вообще никого не волновало. Единственное, Петроград никто не собирался отдавать…», - рассказал историк Александр Мясников.

Так граница иностранного государства оказалась в 30 километрах от Ленинграда - второго по величине города Советского Союза. Дальнобойная артиллерия легко могла накрыть Эрмитаж и Петропавловскую крепость… Сталин на переговорах с финским правительством в 1939 году предложил отодвинуть границу на 90 километров от города и сдать в аренду на 30 лет полуостров Ханко для размещения там советской военно-морской базы. Взамен был готов уступить четыре острова и территорию в Карелии общей площадью вдвое больше полученной от финской стороны, 5,5 тысячи квадратных километров. Соседи подвинуться не захотели.

Война в снегах

Еще в 20-е вдоль границы с СССР финны начали возводить мощнейшие фортификационные сооружения, позже названные линией Маннергейма по имени генерала Русской армии, а позже маршала Финляндии. Полоса состояла из десятков узлов обороны, в каждом - бетонные и деревянные ДОТы, противотанковые и противопехотные заграждения. Поводом к вооруженному противостоянию стал конфликт у приграничной советской деревни Майнила 26 ноября 1939 года. 

30 ноября в восемь утра советские войска пересекли границу. В этот же день президент Финляндии Кюести Каллио объявил войну СССР, а советская авиация совершила налет на Хельсинки. Первые километры Красная армия прошла практически беспрепятственно. Силы Советского Союза в два раза превышали финнов по численности бойцов. Но Финская кампания, которая по планам Сталина должна была завершиться до первых серьезных морозов, встретив подготовленную оборону (только Великобритания поставила 75 самолетов, Швеция - восемь тысяч добровольцев и артиллерию, Италия - истребители и пистолеты. - Ред.), затянулась. Красноармейцы, часть из которых была переброшена с юга, например из Мариуполя, плохо ориентировались на местности, и самое главное - оказались не готовы к холодам и снегу. Финны, которые воевали на своей земле, практиковали ночные рейды, когда ножами вырезали целые госпитали обмороженных и раненых. Именно тогда появились так называемые «кукушки» - снайперы, которые находились в засаде. Они привязывали себя веревками к деревьям и могли часами подкарауливать колонны красноармейцев.

Сугробы по пояс, холод косил бойцов. Валенки и теплые бушлаты на фронт подвезли только через несколько недель. Историки утверждают, что именно в январе 1940-го впервые рядовые и командиры начали получать знаменитые «наркомовские» 100 граммов исключительно в медицинских целях - для согревания личного состава. Ведь зимой морозы доходили до 40 градусов. Предполагалось, что бойцы будут растирать спиртом окоченевшие руки, ноги и лица. Но лекарство чаще принимали внутрь. За 105 дней армия потеряла, по разным данным, от 130 до 390 тысяч солдат. Большинство погибало не от вражеских снарядов, а из-за обморожений.

Дополнительные силы

К февралю 1940-го было подготовлено новое наступление для прорыва линии Маннергейма. Требовались новые силы. И на Карельский перешеек поехали солдаты из Приволжского военного округа.

- Срочную службу отец прошел за 10 лет до этого на Дальнем Востоке. Мама рассказывала, что он говорил так: если начнется война, то меня первым делом заберут, - вспоминает моя бабушка Валентина Николаевна.

И его забрали. 7 января 1940 года Николай Ефимов уехал из поселка Новоалександровского в Базарный Сызган Ульяновской области. Уехал от беременной жены и дочери. 

- Сначала их отправили в Сызрань, в учебку. А оттуда уже повезли на войну. Поезд проходил через Базарный, и отец успел на вокзале бросить письмо, в котором написал маме, что их отправляют на фронт. После этого от него писем больше не было, - рассказывает бабушка. 

Зато путь Николая Ефимова можно проследить по документам, имеющимся в Сети. Он попал в 109-й отдельный разведбат 86-й стрелковой дивизии. Ее формирование шло в Казани. Зная о массовых случаях обморожения, командование дивизии обратилось к руководству ТАССР с просьбой помочь с зимним обмундированием. Так что, когда в начале февраля 86-я стрелковая дивизия прибыла под Ленинград, ее солдаты были экипированы лучше, чем их товарищи, воевавшие уже два месяца. Но в бой волжане пошли только через месяц, когда линия Маннергейма была уже прорвана. В конце февраля 1940 года солдаты 86-й стрелковой пошли в наступление по льду Финского залива, чтобы окружить Выборг. 

12 марта страны подписали мирный договор. 13 марта 1940 года в газете «Правда» был опубликован текст этого мирного договора. Самая интересная здесь вторая статья, согласно которой в общей сложности в результате Зимней войны Советскому Союзу отошло почти 10 процентов территории Финляндской Республики.

Три дня на фронте

В конце 1960-х моя бабушка, лечившаяся в санатории «Сестрорецк» под Ленинградом, отправилась на экскурсию на остров Игривый. Так он называется с 1948 года. А до того по-фински назывался Тейкарсаари, или в документах и похоронках Финской войны - Тейкарин-Саари. В наступление на этот остров и пошел 109-й отдельный разведывательный батальон. 

- С отцом служил еще один человек из Базарного Сызгана по фамилии Ганюшкин. Имени его почему-то у нас в семье не знали. Он рассказывал так: наши пошли в наступление, финны скоро выбросили белый флаг. И когда наши вернулись, то отца моего он среди живых не нашел. Ганюшкин пошел к командиру и попросился трупы искать. И в какой-то ложбинке он его увидел. Отца снайпер убил - пуля в затылок вошла. На фронте он был всего три дня, - рассказывает бабушка. 

Но на самом деле все было намного страшнее. 

Похоронка с Карельского перешейка

Штурм Тейкарин-Саари - это еще одна, практически забытая, трагедия Финской войны. В 4:00 3 марта разведчики 109-го батальона и бойцы 113-го лыжного батальона пошли в бой. Под огнем пулеметов они заняли примерно треть острова, но затем финнам, лучше знавшим местность, удалось их обойти и окружить. Части, отправившиеся на выручку, вовремя не успели. Разведчикам и лыжникам пришлось пробиваться самим. В документах сказано, что во время прорыва, который возглавил комбат Васильев, доходило до рукопашных схваток. А солдаты одной из рот лыжников, израсходовав почти все боеприпасы, предпочли покончить с собой, чем попасть в плен. Вы что-то слышали об этих подвигах? 

В одной из тех атак погиб и красноармеец Ефимов. Всего же 3 марта 1940 года на снегу острова Тейкарин-Саари остались лежать 1 411 человек! Но остров в итоге был взят. Наступление продолжено. 

Похоронка с Карельского перешейка долетела до Новоалександровского только в начале апреля - ее вручили бабушке маленькой Вали, когда та пошла регистрировать внучку в сельсовете. 

- На острове нам показали братскую могилу, где среди фамилий я нашла и отцовскую. А еще там были сосны, где как музейные экспонаты остались места, где сидели те самые снайперы, - вспоминает бабушка. 

Сохранились ли они до сих пор как напоминание о той редко вспоминаемой, пирровой Финской войне?

P.S. Жена Николая Ефимова Антонина Семеновна, как вдова солдата, оставшаяся с двумя детьми, получила льготы. В колхозе ей давали хлеб без очереди, в совхозе, где работал муж, выплатили деньги. Одна из односельчанок на этот счет пошутила: «Вот бы и моего Федюньку на фронт забрали и там убили, мне бы тоже льготы были». Через год с небольшим Федюньку и правда забрали на фронт. И убили. Правда, вдов тогда было уже много, и льготы им не давали.

Игорь УЛИТИН

870 просмотров