Под стражей фронтовиков. Как создавалась исправительно-трудовая колония в регионе

Эти страницы истории Ульяновской области открывают редко. Вы знали, например, что в нашем регионе есть колония, в которой - первой в стране - появился храм? В которой появилась одна из первых психологических лабораторий УФСИН страны? Которая, в конце концов, в 1986 году была признана лучшей в стране (ей вручили Красное знамя ЦК КПСС)?

Документ о создании строительно-трудовой колонии в городе Мелекессе (ныне - колония № 3 в Димитровграде) сейчас общедоступен, а в 1935 году на нем стоял гриф «совершенно секретно». «Автограф» на документе химическим карандашом поставил начальник управления НКВД Куйбышевского края Фома Леонюк. Колония должна была выполнять распоряжения наркома внутренних дел СССР Ягоды. Впрочем, прославилась она не в этом качестве.

Порядок. Без насилия

Поводов прославиться у ИК-3 было как минимум 13 - ровно столько переходящих Красных знамен МВД СССР она получила. Правда, в памяти людей остаются не знамена или награды; в памяти - чистота, благоустроенность и атмосфера спокойствия.

- Если в этой колонии появлялся спортивный инвентарь, он был такой, какого не было еще нигде, но его действительно использовали, а не закупали для галочки; если строили спортивный зал, то настоящий, просторный. В медучреждении, отрядах, везде был порядок, но порядок без насилия, - вспоминает председатель совета ветеранов УФСИН Надежда Плаксина.

Мы, конечно, не сможем охватить всю почти вековую историю колонии № 3, как и все 140 лет существования органов исполнения наказания. Но рассказать о самом важном из того, что происходило в этой системе в 80 - 90-е годы, нам вполне по силам. С 1989 до 1999 года - в самые трудные, лихие годы - колонией руководил Виктор Николаевич Шемет.

Он может быть известен нашим читателям как замглавы администрации Ульяновской области до 2002 года, как замглавы Ульяновска, однако до перехода на государственную службу он более 20 лет отдал службе УФСИН.

- Начинал я с должности нормировщика в колонии, в учреждениях тогда, помню, служило много фронтовиков, - вспоминает он. - Люди, прошедшие войну, знали человеческую психологию и были наставниками для всех нас. Осужденные уважали их.

Фронтовики отдавались службе самоотверженно - их не пугали тяготы, они не боялись преступников, задачи, хоть производственные, хоть бытовые, предпочитали выполнять на совесть. Эта философия была заразительна, и молодые офицеры впитывали ее от наставников. Сказано, нужно привести в порядок бараки, значит, нужно действительно приводить их в порядок. Так, в 1981 году деревянные постройки на территории ИК-3 вообще начали сносить, и на их месте возводить кирпичные общежития.

Колония менялась на глазах - появились профучилище, аккуратная медсанчасть и большой клуб. А котельная колонии... говорят, она обеспечивала теплом и горячей водой треть Димитровграда. Позже колония будет выполнять заказы для автозавода, производить массу деталей для нужд промышленности.

- Я могу перечислить все 5 000 наименований производимой нами продукции, нужно ли? - делится Виктор Николаевич.

Лаборатория души

О своем руководстве колонией он рассказывает неохотно, но его сослуживцы признаются, что в учреждении офицер буквально жил. Обращал внимание на каждую мелочь.

- Понимаете, если он где-то услышал, что в колонии может быть лаборатория для психологической работы, он непременно ее создаст, сначала для сотрудников, позже - для психологической разгрузки самих осужденных, - рассказывает Надежда Плаксина.

Специальная музыка, слайды, особая обстановка внутри помещений для релаксации - тогда это казалось чем-то фантастическим, чем-то, что существует только за границей. На дворе был 1996 год. Но все это удалось внедрить. Опыт психологической лаборатории ИК-3 даже признали передовым и распространили по учреждениям России.

А в 1998 году в колонии был построен и освящен архиепископом Проклом храм в честь Христа Спасителя. Это сейчас нам кажется, что открытие в колониях храмов - событие обыденное, даже будничное. Храм в ИК-3 был первым в России такого рода. Владыка Прокл тогда выступал: «...Да последуют примеру данного учреждения в воссоздании духовного наследия другие исправительные учреждения...». Виктор Шемет был награжден орденом Русской православной церкви Святого благоверного Даниила Московского III степени.

И лаборатория психологической работы, и храм служили одной цели - с разных сторон они подходили к вопросу исправления осужденных. Духовным или научным путем. В колонии № 3 взяли именно такой курс - исправлять, а не наказывать.

- Мы одними из первых в стране начали работать в этом направлении - над реабилитацией. Психологов в колониях тогда не было, осужденных в отрядах было более 100 человек в каждом, - вспоминает Виктор Шемет. - Сотрудники знали всех своих подопечных поименно, знали все о каждом. И мы шли этим путем. Боролись с рецидивом, делали так, чтобы в колонии не случалось чрезвычайных ситуаций, не было насилия. Мне не нравится, когда о колонии говорят: «В ней хорошо, приятно сидеть». Так не должно быть. Колония - место, где нормальному человеку не может быть хорошо. Уже из-за того, что его свобода ограничена. Но мы работали над тем, чтобы в колонии было спокойно. И добивались этого.

Вздохнув, офицер признается: разве что бассейн для осужденных не успел построить.

За ними вслед

История ИК-3 Димитровграда в 80 - 90-е интересна не только сама по себе, за ней - все изменения, которые мы видим в УФСИН сейчас. Они первыми в стране построили храм, а сейчас службы идут в десятках и сотнях колоний, для мусульман и для христиан. Они одними из первых создали психологическую лабораторию, а сейчас комнаты для релаксации и сотрудников, и осужденных, штатные психологи появились повсеместно. У них была твердая промышленная база, которую сейчас считают нормой. Еще в 1992 году в колонии появилось кабельное телевидение.

- У нас была и фильмотека, в которой более 5 370 фильмов для осужденных, - вспоминает Виктор Шермет. - К нам приезжали и известные артисты, например Вика Цыганова. Ее концерт мы сняли на видео и тем же вечером показывали тем, кто не мог на него пойти, - были и своя видеокамера, и оборудование.

История не забыта - в мае 1998 года в учреждении был открыт музей истории колонии. Конечно, первоначально планировали собрать всего несколько экспонатов и документов, а в итоге музей занял 130 квадратных мет­ров! В нем есть форма первых сотрудников, личные вещи ветеранов, фотографии, макет колонии...

Система исполнения наказания непрерывно развивается, но и сейчас, и 30, и все 140 лет назад ее развивают люди - от младших инспекторов до начальников колоний. Которые готовы делать то, что до них не делал никто, и которые отдают работе все свои силы.

Кстати

В 1980 - 90-е сотрудников колонии было всего несколько десятков человек на полторы тысячи осужденных - охрану учреждений тогда обеспечивали внутренние войска.

Андрей ТВОРОГОВ

Читайте наши новости на «Ulpravda.ru. Новости Ульяновска» в Телеграм, Одноклассниках, Вконтакте и Дзен.

1591 просмотр

Читайте также