А маски все-таки не носят

В конце августа «Народная газета» писала о массовых нарушениях, которые нашим же корреспондентом были обнаружены в туберкулез­ном диспансере. В минувший четверг эту тему обсуждали в региональном правительстве на совещании «К барьеру!».

Докладывать о том, что же все-таки сделано по следам пу­бликации, пришла исполняющая обязанности главврача областно­го противотуберкулезного дис­пансера Людмила Овсянникова. По словам Людмилы Ивановны, в начале сентября в отделении, расположенном на 3-м проезде Инженерном, была проведена служебная проверка. И, как ока­залось, во многом, даже по мне­нию проверяющих, мы оказались правы. Так, медсестры как не встречали на вахте в конкретном отделении журналиста, так, судя по отчету медиков, не встретили и проверяющих. Подтвердились и некоторые другие нарушения. В итоге разного рода работникам – от вахтеров до заведующих – были вынесены замечания.

В то же время Людмила Овсян­никова попыталась объяснить тот факт, что постороннего человека вообще пропускали в палаты, тем, что его могли спутать со строителем, который работал в помещении для размещения томографа. Однако перепутать строителя в робе и человека в «гражданском» (в футболке или рубашке), согласитесь, сложно.

Объяснила Людмила Овсян­никова и причины того, почему больные в отделении ходили без масок. Оказалось, знакомый на­шего журналиста лежал в отделе­нии незаразных больных, которым без масок ходить разрешается. Однако в то же время и Людмила Овсянникова, и даже исполняю­щий обязанности министра здра­воохранения Ульяновской области Юрий Егорушкин признают, что и заразных больных не так-то про­сто заставить носить маску.

– 80% наших пациентов – это асоциальные личности, которые просто не обращают внимания на замечания со стороны мед­персонала, – говорит Людмила Овсянникова.

То есть нарушения такого рода можно отнести к системным.

Сложная ситуация и с досмо­тром продуктов, которые приносят пациентам. По правилам внутрен­него распорядка медперсонал должен поинтересоваться тем, что именно принесли тому или иному больному. И если продукты могут быть вредны для пациента – если тот кроме туберкулеза страдает еще и болезнью желудка, то та­кие продукты должны вернуть. В то же время принесенные вещи и продукты являются, по сути, личным имуществом больных и их близких, а стало быть у врачей нет полномочий проводить их до­смотр или даже требовать, чтобы им показали содержимое. Они могут только попросить. А прось­бу, как известно, никто выполнять не обязан. Так что ситуация с продуктами для больных, среди которых могут быть и не только груши и курочка, по сути, является палкой о двух концах.

Иван ПОРФИРЬЕВ

Читайте наши новости на «Ulpravda.ru. Новости Ульяновска» в Телеграм, Одноклассниках, Вконтакте и MAX.