Полтора года под палящим солнцем

Войну, в которой участвовал ульяновец Виктор Служивой, называли «войной на истощение». Она велась между Египтом и Израилем в 1967 – 1970 годах. О том, что повидал там наш земляк, он рассказал «НГ».

Эту войну Египет начал с одной целью – вернуть Синайский полуостров, который захватил Израиль в ходе шестидневной войны в 1967 году. Сражались в основном артиллерия и авиация. В то время Советский Союз во главе с Никитой Хрущевым, урезав помощь китайцам, продолжал «оказывать братскую помощь» десяткам других «друзей», в том числе президенту Египта Герою Советского Союза Гамалю Абдель Насеру. Еще в 1954 году он провозгласил курс на построение социализма, и началось стремительное проникновение Советского Союза на Ближний Восток.

– Когда я был там, это была Объединенная Арабская Республика (ОАР), – вспоминает Служивой. – Мне до сих пор снятся тяжелые сны о 16 месяцах, проведенных в пустыне. Думаю, если бы сейчас я попал в этот окоп хотя бы на сутки, я бы не выжил. А тогда, в 20 лет, все перетерпели, все вынесли.

В армию – по ошибке
В 1969 году Виктор Служивой выучился в родном Актюбинске (Казахстан) на радиотелемеханика и проходил практику в городе Балхаш. В армию попал случайно, можно сказать, ошибочно.
– В самый разгар моей практики в Балхаше 5 мая вызывают меня в военкомат, в Караганду, на призывную комиссию. Я им говорю: дайте мне окончить училище. А меня посадили в кресло и обрили наголо. Сказали: «Не пойдешь служить в армию, судить будем, пойдешь на два года в дисбат, а потом еще на два – в армию!». Спорить не стал. Чему быть, того не миновать.
Его забрали в мае, а позже, в июне, друг получил за него аттестат.
«Забрили» Служивого в Самарканд, где учился на радиотелеграфиста. Из «учебки» попал в Теджен (Туркмению) уже сержантом и радиотелеграфистом 3-го класса. В отдельном батальоне связи прослужил три месяца.
– Первые разговоры о возможной командировке появились 2 февраля 1970 года, – рассказывает Виктор Алексеевич. – Прошел слух, что часть отправят на учения, а потом то ли в Азию, то ли в Африку. Вся казарма, как рой в улье, зашевелилась. Все вещмешки укладывают, подворотнички пришивают, форму стирают… А я лежу. Тогда мне командир дивизиона капитан Нефедов сказал, что я буду командиром «Шилки». А что это? Я ее в глаза не видел.
Десять суток ехали под город Ровно (Западная Украина). Погрузили на поезд и «Шилку» (Самоходная установка ЗСУ-23-4 «Шилка» – мощнейшее оружие. – Авт.). За месяц боевых учений собрали многотысячную армию со всего Союза, пригнали новейшие средства противовоздушной обороны.
«С 6 утра и до 9 вечера на полигоне весь день на морозе бегаешь, кричишь по рации: «Разрешите огонь!». А ночью спишь как убитый. Немного даже отморозил кончики больших пальцев на ногах», – из письма Служивого домой, г. Ровно,
10 марта 1970 года.
«За два дня доехали от Ровно до Николаева, а я думал, что повезут в Одессу. … Интересно, что нам так и сказало наше начальство, куда мы действительно едем. Все говорят, как один, что выполняем приказ министра обороны и едем на большие учения «Двина» в Белоруссию», – из письма 11 марта 1970 года.

Без документов и знаков отличия
В Николаеве сдали документы. Загрузили всех и вся в трехпалубный теплоход. Перед отправкой генерал сказал: «Солдаты, за нами Советский Союз, не опозорьте наше Отечество». Днем на палубу не выпускали, ссылаясь на вездесущую американскую разведку. Еду спускали на веревке в термосе. Через трое суток теплоход прибыл в Александрию, что в 200 км от Каира. Выгружались в кромешной темноте.
– Сразу нас переодели в арабскую форму, «гражданку» сложили в чемоданы, получили автоматы с патронами и начали выгружать технику. Вся дивизия, пять тысяч человек, ни одного документа, ни одного знака отличия. Военные и комсомольские билеты сдали, их отправили в Москву. Все знали друг друга только в лицо. Единственно, что нас отличало от офицеров, – мы гимнастерки заправляли, а они носили навыпуск. Получили подарки от арабского командования – по две коробки с провизией (консервы, соки, банан, помидор, пачка сигарет и прочее). За ночь наша многокилометровая колонна преодолела марш-бросок под Каир, нашу «Шилку» послали на постоянную позицию в 30 км от Каира, недалеко от знаменитой Гизы.
Народ Египта встречал советских солдат радушно, вся оборванная беднота высыпала на улицы. До приезда нашей армии евреи бомбили и Каир, и Александрию, а после вступления советских солдат на позиции по всей ОАР налеты прекратились.
В Египте стояли четыре наши бригады по семь дивизионов в каждой. Вторая, в которой был Служивой, прикрывала Каир.
– Жили в окопе, сколотили там палатку. Воду привозили нам водовозы. В бочке с водой мы сидели по очереди по 15 минут – так несли боевое дежурство. Солнце пекло нещадно, 58 градусов жары в тени! Дождь за 16 месяцев был один раз. За те полчаса, пока он крапал, мы прыгали и радовались, как дети. А еще скорпионы, змеи, шакалы, дикие собаки «доставали». В свободное время от боевого дежурства читали книжки, слушали патефон и играли на гармошке. Вот так и жили.
Жару не выдерживала даже техника. Но солдаты сами приноровились чинить «Шилку», меняли блоки до тех пор, пока не найдут неисправный. Делали заявку, и специалисты из Ульяновского механического завода привозили новый блок.

Решающий бой
Несмотря на жуткие условия, советские солдаты столицу Египта прикрывали надежно: ни одного пролета самолета (с 10 марта 1970 года и до самого перемирия) допущено не было.
«С утра до обеда тишина, играли в шашки… Пуск двух ракет возвестил о том, что это противник. Попрыгали в башню, приняли боевую готовность – и тут началось: самолеты (две пары), спикировав, ушли на малые высоты и растворились в воздухе. Вдруг стартовали две ракеты нашего дивизиона. Взрыв – и самолет пошел вниз, волоча за собой серый хвост дыма. Вторая ракета ударила по обломкам. Русский дивизион бригады соседей выпустил почти подряд 4 ракеты, и два «Фантома» остались лежать на арабской земле. Один из них упал километрах в пяти от нас и горел часа три. Дивизион сопротивлялся отчаянно… Третий «Фантом» все-таки прорвался и ударил прямо в ТЗМку… Итого: потери 8 человек, еще 8 цинковых гробов пойдут в Союз, а всего, по неофициальным данным, число погибших наших доходит до 70 человек», – из арабского дневника Виктора Служивого,
18 июля 1970 года.
В том бою израильтяне потеряли 13 самолетов и сразу попросили перемирия, длившегося сначала 90 дней, потом продлившегося.
То, что вернулся живой, просто повезло, считает Виктор Служивой. Демобилизовали его из Каира 27 июня 1971 года. Перед отправкой всех построили, тем, кто прошел через Суэцкий канал, вручили арабские ордена Воинского долга, в том числе и Виктору Служивому. До Александрии перевезли на «ванюшке» – поезде без окон и дверей. Там все переоделись в гражданскую одежду, выданную перед отъездом в Египет. А документы выдали уже в Севастополе. Служивой улетел в Оренбург, недалеко от Казахстана, потом к родителям. Домой он приехал 6 июля 1971 года.

На родину «Шилки»
Вернувшись домой, Виктор с трудом говорил на русском – лучше арабский получался! Советовали поступать в институт, в итоге Виктор выбрал Ульяновский политехнический институт по воле случая. Сестра Наташа рвалась в город на Волге, где жила ее подруга, а вот одну туда родители не отпускали.
– Тогда мы бросили жребий, тянули спички: целая – едем в Ульяновск, половинка – в Свердловск. Выпала целая. Уже в Ульяновске Наташа призналась, что спички обе были целые. Впрочем, я тоже был за Ульяновск, ведь именно здесь производили «Шилку».
Правда, в «политех» Виктор Служивой попал лишь через год после рабфака. При этом мечтал устроиться на завод, где производили «Шилку», но получилось, что устроился на радиоламповый завод.
Виктор Служивой стал считаться воином-интернационалистом только в 1990 году – после того, как правительство СССР приняло постановление признать воинами-интернационалистами тех, кто был в Египте, Анголе, Йемене и так далее.

P.S. Виктор Служивой писал домой много писем, почти каждый день, хотя это делать запрещалось. Их сохранила его мама. На их основе Геннадием Демочкиным была написана книга «Напиши мне, мама, в Египет». Ее фрагменты, а также материалы выставки «Солдаты Отчизны», которая работала в музее Ленинского мемориала, были использованы в статье.

Ирина АНТОНОВА

703 просмотра