О «горячей» Намибии 30 лет спустя

Долгое время, вернувшись из Намибии на родину, в Ульяновск, полковник Станислав Алексеевич Шутов просыпался по ночам от кошмаров, вскакивал и судорожно в темноте искал пистолет. Потом приходил в себя, вспоминал, что он дома и война для него закончилась.
В 1984 году бывший выпускник Ульяновского гвардейского танкового командного дважды Краснознаменного ордена Красной Звезды училища им. В.И. Ленина вернулся в родное учебное заведение уже в качестве старшего преподавателя. В прошлом осталась Германия, где за отличную службу он был удостоен ордена Красной Звезды, а весь его взвод юбилейными медалями к 100-летию со дня рождения В.И. Ленина. Осталась в воспоминаниях и «горячая» Намибия.

 

 

Что такое СВАПО?
В 1981 году Станислав Шутов служил в Омске заместителем командира боевого танкового полка по политчасти Сибирского военного округа. Как-то к ним в округ после Афганистана приехал генерал-майор Николай Фадеевич Кизюн – наставник Шутова. После разговора с ним Станислава Алексеевича вызвали в Москву. Сначала «пророчили» Кубу, но потом «переиграли» и направили в Анголу, а точнее, в СВАПО в Намибию замкомандира мотопехотной бригады.
– Тогда это было популярно – служить в другой стране, – рассказывает Шутов. – К тому же мы все горячо любили свою страну: за Советский Союз, не думая, готовы были отдать жизнь даже за его пределами. Единственно, что я спросил, когда мне сказали, куда направляют: что такое СВАПО? Ответ был один: «Приедешь на место, узнаешь».
А на месте выяснилось, что СВАПО – это Народная организация Юго-Западной Африки Намибии.

СПРАВКА «НГ»
В 1975 году граничащая с Намибией на севере Ангола получила независимость от Португалии. В Анголе разгорелась гражданская война между несколькими военно-политическими организациями. Одной из них была МПЛА, придерживавшаяся социалистической ориентации. Ей противостояли группировки УНИТА и ФНЛА. Ситуация в Анголе вызвала крайнюю озабоченность руководства ЮАР, поскольку было очевидно, что в случае прихода к власти МПЛА Ангола начнет оказывать помощь партизанам

СВАПО, ведущим борьбу за независимость своей страны. В связи с этим ЮАР начала оказывать военную помощь УНИТА, а в октябре 1975 года ввела в Анголу свою регулярную армию. В последний момент на помощь МПЛА пришли срочно переброшенные в Анголу кубинские войска, сумевшие остановить продвижение южноафриканцев на подступах к Луанде. С этого момента войны в Анголе и Намибии были тесно взаимосвязаны друг с другом. МПЛА, ставшая правящей партией в Анголе, пользовалась поддержкой кубинского военного контингента и получала значительную военную и экономическую помощь из СССР. ЮАР вывела свои войска из Анголы в феврале 1976 года, однако продолжала поддерживать УНИТА, развернувшую партизанскую войну против правительства МПЛА. В свою очередь Ангола предоставила свою территорию для лагерей беженцев из Намибии. Намибийские партизаны пересекали границу и вели боевые действия против войск ЮАР в Намибии.

Камрад Станислав
Из Союза в СВАПО вместе с Шутовым приехали около ста человек: из них 49 мужчин, 22 женщины и 25 детей. Военным разрешили служить на африканском континенте с семьями. Но когда была какая-то «заваруха», женщин и детей моментально на самолете отправляли в Союз, чтобы военнослужащие не беспокоились за безопасность семей.
Все военные находились в СВАПО без своих документов, каждому выдали ангольские документы с именами местных крестьян. Подчиненные звали Станислава Алексеевича «камрад Станислав».
На территории СВАПО прибывшие из СССР военные стали готовить будущие вооруженные силы Африки – костяк армии.
– До русских подготовку армии СВАПО вели китайцы. Как-то ради интереса спросил своих подчиненных, почему они от помощи китайцев отказались, а русских пригласили. Они сказали, что русские знают методы партизанской войны и… не дерутся палками. Оказывается, китайцы за плохое выполнение заданий подчиненных били бамбуковыми палками. Считали, что это хороший воспитательный метод, – продолжает свой рассказ Шутов.
Главная цель службы в Намибии советских военных состояла в том, чтобы передать боевой опыт и сделать из каждого солдата африканского континента будущего командира. И за три года наши военнослужащие подготовили немалый кадровый состав армии СВАПО.
– Распорядок был, как в армии, – вспоминает Шутов. – С семи утра до часу дня – занятия с солдатами, потом обед, политинформация полчаса ежедневно для нашей советской группы. Потом два часа изучали английский, немецкий и португальский языки. Местный говор набийцев тоже понимал. Их язык похож на птичий: такой с присвистом, пощелкиванием, но запоминается быстро, и через полгода я свободно общался с подчиненными. Интересно, что во время лекций они редко записывали, но через месяц спроси их тему, повторят все в точности. Память у них феноменальная. Но стрелять по самолетам научил с трудом. Летит самолет – а они на землю падают, как страусы, головы в песок. Но все равно мы их научили: по «Фантомам» только так стреляли, один гранатометчик даже сбил «Мираж».

Трещины в земле и круги вокруг солнца
В свободное от боевой подготовки время Станислав Алексеевич учил подчиненных печь хлеб. Организовал там музей боевой славы, где были собраны материалы о том, как готовились к освобождению страны и что было после.
Как говорит Шутов, на обеспечение продовольствием и другими вещами жителям военного лагеря было грех жаловаться. Как правило, раз в месяц составлялся метровый список с заказами: от иголки до машины. С этим списком два-три представителя самолетом летели в Луанду – в столицу Анголы, где все закупали, в том числе и дополнительно про запас для всех.
Единственно, к климату все привыкали с трудом. В сезон дождей, который длился пару месяцев, температура была 25–30 градусов, как в раю. В сухой сезон земля под лучами палящего солнца трескалась так, что образовывались трещины в земле по полметра глубиной, листья на деревьях сворачивались. В тени было + 60 градусов. Солнце целый день висело прямо над головой, и вокруг него, как радуга, расходились разноцветные круги. Это было самое опасное время, солнечная активность зашкаливала. Даже из Москвы звонили и предупреждали, чтобы дети и женщины на улице ни в коем случае не появлялись - большая радиация. На мужчин этот приказ не распространялся, они спасались от солнца под шляпой с большим козырьком и надевали рубашки с длинным рукавом. Зато ночью температура опускалась до + 5-6 градусов. И было такое ощущение, по словам Шутова, что попали на Северный полюс.

Африканская война
Но была и война. Несмотря на то что лагерь СВАПО не был в эпицентре военных событий, советские военнослужащие оказывали помощь в окружении банды УНИТА. В этом участвовали все партии, все вооруженные силы, в том числе и кубинцы.
– В боевых действиях в борьбе с бандитами участвовали по просьбе ангольского правительства, – говорит Станислав Алексеевич. – Мы готовили диверсионные отряды, которые действовали в Намибии и в ЮАР. Больше в ЮАР, потому что оттуда была наибольшая угроза для МПЛА. Даже если уезжали из лагеря на день, вооружались до зубов. Примерно после пяти вечера до пяти утра, как по расписанию, стрельба прекращалась и с той, и с другой стороны. Но начиналась «тихая» война. Когда темнело и все спали, африканцы-противники бесшумно подкрадывались и набрасывали на шеи удавки тоньше конского волоса. Спасало только то, что одна рука и во время сна была на пистолете с предохранителем. Неожиданный выстрел очень пугал бандитов.
Шутов уехал из Намибии в 1984 году, однако война там не закончилась, она продолжалась до 1992 года.
В Союзе Станислава Алексеевича наградили орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени. Через четыре года Шутов ушел в отставку в звании полковника. Про то, что было в Намибии, он хранил молчание до 2012 года, когда впервые выступил в эфире радио.

Ирина АНТОНОВА

1191 просмотр