Дворовая песня - зеркало жизни

 

Кто же в нашей, еще тогда советской, стране в юности не увлекался дворовой песней? Берешь в руки гитару, выходишь вечером на лавочку - и ты уже знаменитость среди сверстников. И никаких тебе телевизионных «Фабрик звезд», как сегодня, не надо - сам пережил, сам написал и исполнил!

Дворовая песня - это же целая история, изучению и популяризации которой посвятила свою жизнь моя собеседница. Помните программу «В нашу гавань заходили корабли», которую она на протяжении двух десятилетий еженедельно вела вместе с писателем Эдуардом Успенским на радио и нескольких федеральных телевизионных каналах? Речь, конечно же, идет о журналисте и телеведущей Элеоноре Филиной, в последнее время все более известной в качестве певицы. «Профессионалов люблю, - признается Элеонора Николаевна за чашкой кофе. - В наше время нужно их особенно ценить и беречь, потому что скрипкой гвозди не заколачивают…»

«МАЯК» ПРОФЕССИИ

- Давайте сначала поговорим о программе «В нашу гавань заходили корабли». Помните, как все начиналось?

- Помог случай. Мне - 29 лет. Пришла на свадьбу к подруге - она предложила мне побыть тамадой. Мы окончили один вуз, педагоги по профессии, но она уже работала на радио «Маяк», а я на тот момент еще преподавала. И я себя ярко проявила на той свадьбе, как всегда это делала, начиная еще со школы, где постоянно участвовала в самодеятельности, пела-плясала. На следующий день подруга позвонила мне и сказала, что среди гостей был ее начальник, и он предлагает мне работу. А я человек очень любопытный, авантюрный и никогда не упускаю шанс узнать что-то новое…

- Так вы попали на радио…

- В отдел сатиры и юмора тогда еще Всесоюзного радио. Наш отдел выпускал знаменитую по тем временам программу «С добрым утром!», устроиться в нее было очень сложно. Помню, как первый раз попросили съездить в Театр сатиры и взять интервью у Менглета. Готовилась всю ночь, а утром мне дали листочек, где… были прописаны не только вопрос, но и ответ! В общем, поехала немного разочарованная, но артист так мастерски все прочитал, что радийно это слушалось, как будто он отвечает… Через пять месяцев я стала редактором.

ДОЛГИЙ ПУТЬ К «ГАВАНИ»

- Здесь же и с Успенским позна-комились?

- Я приехала к нему в офис - он искал редактора для своей новой программы. К тому времени передача «В нашу гавань заходили корабли» некоторое время уже выходила в эфир. Первое, что услышала в студии, как кто-то поет хриплым голосом: «Сижу я цельный день в палате… а шапка теплая на вате...». Потом выяснилось, что это один известный режиссер. Я была удивлена: неужто разрешают программу такую?! Дело в том, что у нас на Всесоюзном радио каждая точка и запятая внимательно отслеживались и редактировались. Мне объяснили, что программу хотят закрывать и именно поэтому Эдуарду надо помочь…

Успенский предложил сразу записываться. Опять удивилась: «С добрым утром!» выходила всего раз в месяц, а готовилась к эфиру и того больше. Как же писать? «Я буду говорить, а вы отвечайте - да, нет или не знаю», - сказал Успенский. Вот так, совсем просто. Таким образом, мы были едва ли не первыми, кто открыл процесс демократизации советского радио. Я благодарна Эдуарду за такую школу: он был человеком вне творческих шаблонов…

Конечно, готовя первую передачу, чувствовала себя немного не в своей тарелке. Но когда в студию пришли Зиновий Гердт, Ирина Муравьева, Наташа Варлей, Владимир Меньшов, Григорий Гладков и другие звезды, меня захватило. Эдуард раздал им листочки с песнями. К тому времени люди со всей страны присылали тексты дворовых песен для «Гавани». Не поверишь, сначала мы существовали в детской редакции, потому что Успенский хотел рассказать ребятам о романтическом дворовом фольклоре. Однако дети не откликнулись…

- Откликнулись взрослые?

- Нам приходили мешки писем от взрослых, которые вспоминали, что они пели на фронте, на стройках, в сталинских лагерях. Зачастую почерк был неразборчивым, старческим, авторы помнили только один куплет. Одна и та же песня могла поступить в нескольких вариантах. Мы сопоставляли тексты, восстанавливали их. Потом фольклористы стали их изучать, а мы - преподносили аудитории. Приглашали известных актеров, которые озвучивали, исполняли то, что нам присылали. Зачастую приходилось даже восстанавливать утраченную музыку. Люди оставляли номера телефонов, я перезванивала им и записывала мелодию «с голоса». Мне с первых минут стало интересно, как большие артисты относились к нашему, казалось бы, простенькому материалу - как к настоящим драматическим ролям. Я сразу оценила идею - такого еще не было.

Сама хорошо понимаю всех откликнувшихся людей. Дело в том, что в детстве у меня была любимая песенка «Васильки», мы ее пели в пионерском лагере, но я не могла ее вспомнить. И, когда потом нашла ее в письмах на нашу передачу, была очень счастлива. Работу мы проделали колоссальную! За 20 лет восстановили 13 тысяч текстов…

 - Артисты сами выбирали репертуар?

 - Любопытная история была с Гердтом. Я очень волновалась, предлагая ему материал, потому что человек он был очень серьезный. Конечно, мы строго отсеивали то, что было неприемлемо по цензурным соображениям, например, из-за мата. Оказалось, что Зиновий Ефимович мыслил неожиданно, парадоксально. Брал лист и… откладывал его: «Нет, ну так плохо народ писать не может». Брал другой: «Нет, ну так хорошо он тоже не может писать». И вдруг - о, нашел! «В нашей жизни серой, бестолковой часто просто нечего терять: жизнь прошита ниткою суровой, а в конце сургучная печать», - вот это, по мнению Гердта, были строчки великого поэта из народа.

ПЕСНЮ НЕ ОТДАДИМ

- А, кроме занимательности, по-вашему, польза от программы была?

- Дворовые песни - зеркало народной жизни. Да, на сегодня их эпоха закончилась. Началась она в конце XIX века, когда в Россию пришел городской романс, а завершилась в конце XX века - с расширением каналов СМИ, появлением множества FМ-станций, а потом и Интернета. Однако важно, что дворовая песня - жанр исключительно российский. В ней отразились абсолютно все события минувшего столетия, начиная со свержения царизма, и дальше - Гражданская война, НЭП, Великая Отечественная, застой, массовый туризм, стройки века…. Народ сочинял то, что испытывал потребность досказать, и так, как ему это виделось. Вот почему, скажем, существует очень много неофициальной военной песни. Официальная - о подвигах, высоко и лирично, а дворовая - приземленно, реалистично: «не дождалась», «остался калекой», «ушла с немцами» и т.д. Все это пелось на кухнях, на природе - тихонько, вполголоса, с оглядкой, но ведь должен был возникнуть этот выплеск правды вопреки цензуре!

Поэтому тот же Гердт в свое время сказал, что любая дворовая песня ближе к классике, чем эстрадная однодневка. В каждой четко рассказана история - как началась и чем закончилась. Хоть 10 - 15 куплетов может быть - никаких правил и канонов: пока есть о чем - поем! Русской дворовой песне свойственна особенная слезливая мораль, потому что у нас все через душу… Она его полюбила, а он ее предал…

- Бесконечная грусть?

 - Как-то раз нам передали слова великого Юрия Никулина: «А чего это они меня на передачу не зовут?». Мы-то просто опасались - он же был человек очень веселый - даже не думали, что ему нравится программа. Но он пришел на съемки, много пел, вспоминал свою жизнь, считал наше дело важным. Это только недальновидные начальники вели себя, как снобы… Когда начинали передачу, вообще полагали, что дворовая песня - как ручеек, а потом оказалось - нет, река! Сейчас я понимаю, что это, скорее, океан и он бесконечен. Ведь народ-то не прекратил творить.

- Чем увлечены по жизни, кроме сцены и песен?

- Я из тех, кто любит жизнь во всех ее проявлениях, везде в первых рядах. Фестиваль ретроавтомобилей? Да! Фестиваль частушки? Конечно! Реконструкция фронтовых агитбригад? Прекрасно… Ты вот знаешь, сколько фронтовых концертов состоялось за время войны? Миллион всего, или около тысячи в день! Просто невероятно! А знаешь историю с песней «Катюша»? Два ряда окопов - наши и немецкие - друг напротив друга. Вдруг немцы несколько раз ставят эту песню. Наши были возмущены, и в результате нескольких атак они отнимают у фашистов и патефон, и пластинку. «Вот, товарищи, - обычно говорю я на этом месте в концертах, - мы врагу не только Родину не отдаем, но и песню…». Извне нас не победить, самое страшное - разобщение. Поэтому я уверена, что программа «В нашу гавань…» все равно должна быть. Гавань - она нужна всем. Гавань - не только как передача, но и как пристанище. Отдушина, чтобы люди не очерствели и могли гордиться своей страной. Наша песня не должна потерять русскость души. Песня в России может быть чем-то вроде национальной идеи.