Восемь километров до Киева. Как ульяновские десантники работали в Гостомеле

 «Народная газета» завершает цикл интервью с участниками Гостомельского десанта, с которого для 31-й бригады - и всей России - началась специальная военная операция.

Тот десант был воплощением всего, что есть Воздушно-десантные войска. По большому счету неважно, кто из десантников входил в Киевскую область маршем на броне и кто приземлялся на вертолетах. Они шли, чтобы победить любой ценой, даже ценой собственных жизней, и они победили, выполнили задачу. Сделали то, во что враг не верил: небольшими в масштабах армий силами закрепились в считаных километрах от украинской столицы, не дали себя выбить, отразили десятки атак и упрямо шли вперед. Человек не создан, чтобы летать, но десант создан для того, чтобы делать невозможное.

В полном окружении

Аэродром Антонов лежит в двадцати километрах от центра Киева, и до городской черты от него - около восьми. Взлетно-посадочная полоса длиной три с половиной километра принимала любые воздушные суда. Кто держит Гостомель, тот открывает воздушный коридор к столице.

- Цель состояла в том, чтобы захватить самый крупный аэродром в пригороде Киева, удерживать до прибытия основных сил посадочным способом, оттянуть на себя резервы противника, чтобы сухопутная группировка преодолела границу с минимальными потерями и дошла до Киева, - отметил председатель совета ветеранов 104-й дивизии и 31-й бригады генерал Вадим Орлов.

Первая волна наших десантников поднялась с белорусской территории 24 февраля: около тридцати машин, транспортные Ми-8 с десантом под прикрытием ударных вертолетов, на малых высотах вдоль Днепра. Двести пятьдесят километров.

Командир отделения беспилотников с позывным «Том» всю дорогу считал время: знал, что высадка через тридцать семь минут после взлета.

- Было такое ощущение, будто попал в компьютерную игру. Рядом сидят твои знакомые, друзья в экипировке. Люк открыт. В иллюминатор видно Чернобыль. Казалось, будто все во сне или не со мной, будто это кино, - говорит он.

Командир 6-й десантной роты Владимир Верховодко шел той же волной и запомнил, как над Днепром начали срабатывать тепловые ловушки.

- В голове было только одно: ну вот, началось, - говорит офицер.

К тринадцати часам аэродром был под контролем. Взлетно-посадочную полосу украинская сторона успела повредить, подкреплений посадочным способом ждать не приходилось; каких-то несколько сотен человек оказались в тылу врага, в полном окружении. Но они не просто выстояли - они смяли силы ВСУ, отправленные выбить их из Антонова.

Сухопутная колонна десантников шла долго: мосты на маршруте подрывали, понтонные парки оказались в хвостах растянувшихся порядков, по технике работала авиация. Ехали с пяти утра до пяти вечера, объезжали через Припять и Чернобыль. Когда бронегруппа, наконец, вошла на аэродром, там уже стоял российский флаг, а у заборов лежали те, кто пытался отбить полосу обратно.

Вместе братья-десантники удерживали плацдарм столько, сколько потребовалось: они не отступили, не проиграли боя на Киевской земле. Месяц под непрерывным огнем они продолжали делать невозможное, то, что войдет в учебники истории.

Могут ли сводные силы нескольких бригад (вместе с 31-й высаживалась 45-я бригада, это буквально несколько тысяч человек) удержать армию целого государства с первоклассным западным снабжением в километрах от его столицы?

Наверное, не могут, но ведь смогли.

Первый месяц войны

Сами бои за Гостомель бойцы вспоминают скупо и почти одинаково: обстрелы, три-четыре в час, все, что стреляло на Киевском направлении, летело на аэродром. Артиллерия, минометы, «Грады», авиация. У противника уже были коптеры - он смотрел с неба и наводил огонь.

Держать взлетную полосу - задача сама по себе почти невыполнимая: голая плоскость, укрыться негде. Десантники нашли выход.

- Зарылись под взлетно-посадочную полосу, выкопали убежище. Песчаный грунт очень легкий - быстро закопались. Два-три слоя плит было под полосой. Бетонные плиты. Нас это спасало, - рассказывает наводчик с позывным «Енот».

Двух суток хватило, чтобы оборудовать помещение, где можно отдыхать между сменами на наблюдательных постах.

Остальное - быт, налаженный с упорством, которое сегодня кажется невероятным. Взвод обеспечения бригады пек хлеб и развозил его по позициям. Работала полевая кухня - готовили под минометными обстрелами. Стояла передвижная баня. Прилетали вертушки, забирали раненых. Телефонами не пользовались: демаскировка, иначе противник отследит. Мобильной связи не было вовсе, весточка домой шла через командование. В блиндажи приносили газеты и листовки - садились в круг и читали. Кто-то жил прямо в здании аэропорта.

Было и то, о чем говорить принято меньше. Пулеметчик расчета «Корда» с позывным «Кот» запомнил ночные выезды за погибшими товарищами: этому противник препятствовал особенно ожесточенно, огневой ответ был всегда.

Они думали, что победили

Двадцать девятого марта в Стамбуле объявили о сокращении активности на Киевском направлении. Приказ на выход десантники получили накануне отхода, коротко: завтра поутру уходим. И почти никто не понял его как отступление.

- Восприняли с воодушевлением. Мы думали, что все, закончилась на этом война. Новостей у нас не было никаких: ни связи, ни телевизора. Думали, что где-то договорились, сейчас выйдем и поедем домой, - говорит «Том».

- Все обрадовались, подумали: конец, договорились, спецоперация завершилась, - подтверждает боец с позывным «Еж».

Колонны уходили из Гостомеля без единого выстрела, и это только укрепляло уверенность. Выезжали счастливыми. Они и сегодня вспоминают выход спокойным, и неправды в этом нет: по ним действительно не стреляли.

Радовались не все. Наводчик «Енот» говорит об обиде: настроены были продолжать, товарищи погибли, дело следовало довести до конца. Командир роты Владимир Верховодко - жестче: продвижение было колоссальным, останавливать не следовало ни в коем случае, оставались километры, ждали только команды. Из окон, по словам «Ежа», уже был виден Киев.

Они ушли непобежденными - десант свою задачу выполнил до конца, однако остановить маховик войны это не смогло: история рассудит позже, как и почему все сложилось именно так.

1 - 2 апреля российские войска оставили Гостомель, к шестому - Киевскую область. Домой, к семьям, десантники действительно попали - ненадолго. Бригаду перебросили на Харьковское направление, потом Соледар, потом Артемовск. К декабрю 2023 года на ее базе воссоздали 104-ю гвардейскую десантно-штурмовую дивизию - то соединение, из которого бригада выросла в 1998-м, с возвращением исторического имени. Затем Херсонская область, Запорожье.

Все наши собеседники, кроме Владимира Верховодко, пятый год на фронте. Верховодко был тяжело ранен: он и без руки рвался обратно, только боевого офицера уже не берут.

Итоги операции

Седьмого декабря 2024 года в Заволжском районе Ульяновска появилась улица Героев Гостомельского Десанта. В расположении дивизии стоит небольшой храм, поставленный генералом Орловым в память о солдатах, погибших в Чечне, и памятник, каждая органная труба его означает одну душу - одну из восьмидесяти шести. Погибших в ходе спецоперации памятнику не вместить. Не вмещает храм и всех, кто приходит за них молиться, - дивизия строит новый в парке Маргелова.

- Один из священнослужителей высокого ранга сказал, что на войне и на море неверующих не бывает. Я сам мягкий атеист, но когда приходилось вести тяжелый бой, я молился о своих подчиненных, чтобы они остались живыми, - говорит генерал.

Восемь километров до Киева оборотились в тысячи километров фронта, растянувшегося от Херсонской до Харьковской области. Память о Гостомеле осталась с привкусом горечи: мы потеряли сотни самых храбрых, самых подготовленных воинов, которые выполнили приказ до конца, которые взяли плацдарм у вражеской столицы. Обманом, ложными переговорами противник лишил нас его; бесчестные выродки, возможно, поверили, что этим они перечеркнули и подвиг наших десантников.

Нет, не перечеркнули: враг до сих пор, спустя четыре года, безотчетно боится нашего десанта, знает, что не смог и не сможет победить его в бою. До сих пор ВСУ держат колоссальные силы в Киевской области: силы, во много раз превосходящие те, что высаживались к ним 24 февраля. Враг боится услышать гул вертолетов в небе и чистую русскую речь десантника. И больше того: гул вертолетов над Гостомелем тогда, в 2022-м, разнесся повсюду: от Праги до Берлина. И там, в сытых столицах Европы, навсегда поселился страх перед Воздушно-десантными войсками.

Андрей ТВОРОГОВ

Читайте наши новости на «Ulpravda.ru. Новости Ульяновска» в Телеграм, Одноклассниках, Вконтакте и MAX.