Девочка с Белгородчины. Как жительница Базарного Сызгана спаслась от немцев

Преклоняюсь перед этой женщиной.  Испытаний, которые выдержала она, хватило бы на десятки и сотни людей.
Война быстро докатилась до Белгородчины. И 12-летнюю девочку Лиду Васину сразу же ошеломили взрывы снарядов, визг бомб, подбитые на глазах самолеты, кровь, смерть, отступления, наступления, чужие гоготы в родной избе…
Жили на хуторе Купино. Изба Васиных стояла на окраине. Рядом – многочисленные деревни. Ведь Белгородчина – благодатный черноземный район. Каждая семья имела свое хозяйство: коров, птицу, богатые огороды, сады. Урожай 41-го обещал быть богатым.
Родители Лиды работали в колхозе. Но война… Всех мужиков мобилизовали. Отец на фронт не попал, его отправили в Куйбышев на авиационный завод, эвакуированный из Воронежа. Осталась мать и четверо детей: Лида, Шура, Ваня и Коля. Лиде 12 лет – она старшая. Рядом на Украине шли кровопролитные бои. Наши соединения отступали, неся страшные потери. Много солдат попало в плен. Те, кому удавалось вырваться, начинали организовывать партизанские отряды, налаживали связь с местным населением.
Все готовились к оккупации. Урожай 41-го в какой-то степени удалось убрать. Оставляли в семьях по минимуму. И скот, и всякое продовольствие нужны были для фронта.
Уже с самого начала войны в избе Васиных квартировали советские связисты. В огороде, за домом, соорудили блиндаж. И ровно через год, 22 июня 1942 года, фашисты заняли хутор. Отступая, наши предупредили, что фашисты скоро будут здесь. Лида помнит, как мать собрала что-то из еды, взяла воды и вместе с соседской семьей (там трое детей) спрятались в этом блиндаже. Сколько пребывали в этом аду?.. В земле сидели, как будто в лодке на воде. Иногда стояла необычная тишина, какая бывает, наверное, только на том свете. И только рев недоенных коров разрывал сердца их хозяев. Изба была не закрыта. Немцы определились на постой. Сколько человек, Лида уже не помнит. Зарубцевалась в памяти фраза: «Рус, вылезай!». Ревели младшие, как могли, их успокаивали старшие.
Немцы подчистую стали уничтожать продовольствие, скот и птицу. Лида помнит, как и кур, и гусей не ощипывали, а просто сдирали с них кожу вместе с оперением. И у Васиных курятник опустел, а корова уцелела. Молоко и немцам тоже было нужно.
Никогда Лидия Ефимовна не забудет историю 1942 года про «хитрую» курицу, которая, как бывает часто и в наши дни, уже в сентябре привела нескольких цыплят со стороны. Немцы с постоя ушли. Кормить куриное семейство было нечем. Естественно, молодняк погиб. А вот единственную курицу Лида решила спасти: занесла ее в дом, посадила под кровать, накрыла ведром, дала ей щепотку корма. И надо же, в это время вошел полицай и стал расспрашивать о наличии живности. Лида сказала, что всех уже немцы поели. И курица в это время выдала себя. А Лида вместе с ругательствами и оскорблениями получила такой удар плетью, что след «горит» до сих пор. И полицай-то был сосед. Мало ли мразей и сволочей на нашей земле?..
При отступлении немцы жгли наши дома. В феврале 43-го запылали соседские села и родной хутор. Решила мать перебраться на время в деревню, ближе к своим, наступающим соединениям. Зима стояла страшно холодная. Запрягла мать в сани корову, посадила малых, и поехали от пожарища. С неделю жили в соседнем селе. Да ведь душа-то болит о родной хате. Если не сгорела, то протопить бы надо, ведь семь фикусов росли в ведрах – погибнут.
И пошли Лида с сестрой «на разведку». Хата, на счастье, не сгорела. Протопили. Стали возвращаться. Откуда же знали девчонки, что, отступая, немцы на крыше школы оставили минометчика. И выпустил он очередь по девчонкам, и рухнули они в снег, и ползли по сугробу без памяти до места. Хорошо, что нашелся керосин. Оттерли – отошли.
Передовые отряды наступающих красноармейцев были на подходе. Значит, скоро можно вернуться домой! Но случилась страшная беда. Наверное, не сработала разведка. Кроме минометчика, за хутором, в лощине, немцы оставили два танка. И самый передовой отряд был расстрелян в упор. 6 февраля 1943 года вернувшиеся хуторяне помогали прибирать трупы советских воинов.
Теперь изба Васиных была полна наших солдат. Спали на камышовых подстилках, придумывали, чем кормиться. Недалеко передовая, день и ночь гул, вспышки, можно было следить за воздушными боями, рядом аэродромы. Лида хорошо помнит, как хуторяне, и она среди них, спасли летчика в июле 43-го. Горящий самолет прямо воткнулся в склон оврага сразу за хутором. Народу было много на усадах. Сразу побежали и вытащили двоих: летчика и штурмана. К сожалению, у молоденького штурмана это был первый и последний полет.
До войны Лида окончила 4 класса, а возобновили обучение в сентябре 1943 года. Учебник – только у учителя, чернила из сажи. Сидели за столами по четверо. 7 классов «отгуляли» босиком. А дальше задача – выбиваться в люди! Поступила Лида в Харьковский текстильный техникум. Трудно было: и холодно, и голодно. Никогда не забудет тапки, которые ей сшила мать из солдатских пилоток. Да разве сейчас можно все это понять?!
И вот волею судьбы в 1951 году оказалась Лида по распределению на нашей Базарносызганской фабрике Ульяновской области (в то время директором был А.М. Жильцов).
По долгу службы часто появлялась на территории фабрики. Само собой, увидел ее и фронтовик-грузчик. Стал приглядываться: что-то лицо до боли казалось знакомым. Не выдержал однажды и спросил: «Дочка, ты родом-то откуда? Я точно где-то видел тебя». Память солдата отправляла его в тот знойный, палящий день 41-го, когда, отступая, шли изможденные бойцы по Белгородской земле. Женщины, дети в деревнях, хуторах, стоя на обочине дорог, протягивали им картошку, брюкву и поили водой. Когда фронтовик узнал, что девушка с Белгородчины, он, к ее изумлению, назвал весь маршрут, где проходил тогда: Яблочково, Купино, Логовое, Дмитриевка, Нежигаль – до самого Шебекина. «Это ты мне подала кружку воды! Я в жизни такое не забуду!» Лида не могла поверить, хотя она часто выходила вместе с хуторянами к дороге с водой и съестными припасами.
Будем верить в эту историю, тем более что этот солдат-фронтовик – мой отец. Он так до самой смерти говорил ей: «Лида, ты спасла меня. Никогда не испытывал такой изнуряющей жажды, как в тот момент. Никогда не пил такой целебной воды!» 
Я, дочь своего отца, никогда не забуду об этом и расскажу своим детям и внукам. А девочка Лида – Лидия Ефимовна Бамбурина, жительница Базарного Сызгана с 1951 года.
 

А.Г. ПИГАНОВА
 

505 просмотров