Чтобы помнили и жили. Ульяновцы вспоминают своих героев
«Вечером 21 июня 1941 года молодым лейтенантом-танкистом выехал из Ульяновска к месту службы… В дороге узнал о начале войны. Москва вечерняя встретила нас затемнением, задумчивостью людей и беспокойством. Скорее в часть!»
Так начинаются воспоминания уроженца села Крестниково Цильнинского района Александра Ивановича Игнатьева. Его документы сегодня хранятся в Государственном архиве новейшей истории Ульяновской области. В 2025 году на их основе и на основе писем и мемуаров других узников был издан сборник «Чтобы помнили».
Игнатьев прошел через Уманскую яму, Хаммельбург, Фюрт, Розенвизе, Маутхаузен, Гузен‑1. Первый бой его 78-й танковый полк принял в июле 1941 года, уже как пехотный. «Идя в наступление, мой взвод имел всего три винтовки. Но мы все же изгнали из населенного пункта и вооружились немецкими карабинами… К сожалению, пользоваться ими пришлось недолго - кончились боеприпасы».
6 августа дивизия оказалась в окружении. Во время прорыва Игнатьев был ранен и 9 августа попал в плен. «Изнурительная дорога, когда фашисты ослабленных пристреливали… День был солнечный, мучила жажда, уже фактически шестой день ничего не ел».
Уманская яма - бывший карьер глубиной до шести метров - стала для тысяч пленных братской могилой. Игнатьев писал: «После прибытия в Уманскую яму я двое суток пролежал на земле без пищи… Немецкие часовые часто вели пулеметный обстрел на территории лагеря, что приводило к гибели многих пленных».
О тех же днях вспоминал Василий Подкорытов: «Рев, проклятья, мат - все смешалось воедино… Немец ничего не дает: ни воды, ни пищи. В яме была лужица дождевой воды… За десять минут лужица была осушена вместе с кровью, гноем и мутью». Он рассказывал и о страшном эпизоде с раненой лошадью, столкнутой в яму: «И в то же время печально - на месте лошади человек десять лежало, задавленных насмерть».
Несмотря на нечеловеческие условия, узники сопротивлялись. «Всюду, где только можно было, мы вредили фашистам, - писал Игнатьев. -…Старались покрепче ударить [радиоприемники] об пол, чтобы вывести их снова из строя». По воскресеньям им удавалось слушать сводки Совинформбюро. «Встречаясь с советскими людьми <…> вселяли веру в победу Красной армии».
В сборник вошли и документы Петра Сергеевича Щукина, уроженца Мелекесского района. Он воевал с первых дней войны, был ранен, бежал из плена, снова схвачен и отправлен в Заксенхаузен, затем в Маутхаузен. «Он был связным и занимался подпольной антифашистской деятельностью», - рассказывает архивист Ирина Агеева. Осенью 1944 года Щукина арестовали, пытали, но он выжил.
Маутхаузен называли лагерем для «неисправимых». Здесь находилась «лестница смерти» из 186 ступеней. «Узники <…> переносили по лестнице гранитные блоки весом до 50 килограммов <…> Измученные заключенные часто падали, что приводило к цепной реакции и многочисленным жертвам», - поясняет Агеева. Щукин работал именно там и стал одним из инициаторов восстания в мае 1945 года.
После освобождения узников ждали проверки Смерша. Щукина еще десять лет вызывали на допросы, подозревая в сотрудничестве с врагом. Однако испытания не закончились даже после Победы. Издевательским проверкам положил конец легендарный человек - Герой Советского Союза Алексей Маресьев. Он направил официальное письмо в Ульяновский обком КПСС, в котором безапелляционно подтвердил: Петр Щукин был настоящим героем и активным участником антифашистского сопротивления.
«Наш сборник тяжело читать, - говорит кандидат исторических наук Рената Алюшева. - Но он раскрывает ту историческую правду, о которой нужно помнить… Свидетельств становится все больше именно благодаря личным документам, благодаря тому, что узники нашли в себе силы написать все, что с ними произошло».
В книге - 51 текст: воспоминания, письма, мемуары. Одни и те же лагеря описаны разными людьми, и из этих голосов складывается живая, страшная, но необходимая правда. Не только о зверствах, но и о силе духа.
Чтобы помнили. И чтобы жили.
Ирина АНТОНОВА
Читайте наши новости на «Ulpravda.ru. Новости Ульяновска» в Телеграм, Одноклассниках, Вконтакте и MAX.