Мое дело. Как Анастасия Миллер попала в деловую элиту России

Основатель и руководитель сети детских центров развития и фитнеса «Тип-топ» сегодня не только успешно развивает свое дело в Ульяновске, но и продает франшизу в другие города. История нашей героини вошла в альманах «Деловая элита России. Национальное достояние 2019». О тонкостях «детского» бизнеса, о том как бизнес-леди и многодетной маме удается совмещать работу и семью – в интервью ulpravda.ru.

- Настя, знаю, что вы с детства мечтали преподавать. Откуда это желание? У вас родители педагоги?

- Нет, родители у меня не педагоги, но я из многодетной семьи. У меня две сестры. Они старше меня на 10 и на 8 лет. Так получилось, что я уже в 11 лет стала тетей. С племянниками я играла, занималась. Плюс во дворе у меня всегда была толпа малышей вокруг. Мне нравилось устраивать какие-то конкурсы для них, делать поделки. И когда я повзрослела, вопрос о том, кем быть, у меня не стоял. Я поступила в педагогический колледж. Мое  первое образование – учитель начальных классов с правом преподавания иностранного языка.

- Вы проходили практику в детском саду в Германии. В чем отличие?

- Да, когда я училась в колледже, у меня появилась возможность пройти практику в детском саду в Германии. На тот момент мне еще было не совсем понятно, чем они отличаются, потому что практики в российских садах или школах у меня еще не было. Вот когда я начала проходить практику в России, мне хотелось применить то, что я уже знала. Это очень сильно отличало мои занятия, потому что подход был чуть-чуть другой. Но что лучше или хуже, сложно сказать, потому что свои плюсы и минусы есть и в одной системе, и в другой.

_____________________________________________________________________________________

Справка:

Анастасия Владимировна Миллер - психолог, логопед, специалист по раннему развитию детей. Основатель и директор сети детских центров развития и фитнеса «ТипТоп». Дважды победитель Всероссийского конкурса имени Выготского, победитель конкурса «Бизнес-успех», «Лучший предприниматель 2014», включена в «Топ-100 лучших психологов РФ», награждена золотой медалью международного конкурса «Гемма».

_____________________________________________________________________________________

- А в чем кардинальные различия между ними?

- В подходах. В то время, а это было достаточно давно, у нас в школах и садиках занимались дети с нормой развития, а дети с какими-то нарушениями всегда были в стороне, для них создавали отдельные группы. А в Германии уже в то время дети с задержкой развития или с физическими какими-то проблемами находились в группе вместе со всеми. Сейчас у нас это тоже практикуется. Отличались и сами занятия. В России они более структурированные. В нашем привычном понимании урок – это когда дети сидят за партами, поднимают руку и встают, чтобы что-то спросить. В Германии использовался более свободный подход. Я потом его реализовывала в своей практике и при открытии центра. Наш самый главный принцип – это не отходить от того, что необходимо ребенку: развитие через игру, через движение, общение. Не за столиками, не за партами, а именно через активное действие.

- Почему это так важно?

- После окончания педагогического колледжа и института я получила еще образование психолога и логопеда. Я знаю, что дети, когда ограничивают их движение, не могут полноценно развиваться в принципе. Когда ребенок находится в движении, у него идет стимуляция работы головного мозга. Мозг снабжается кислородом, и внимание, память работают лучше. Многие родители говорят: «Мой ребенок невнимательный, не может сконцентрироваться, плохо запоминает».  Когда начинаешь с ним заниматься, оказывается, что с ним все в порядке, просто он ограничен в действиях. Мы можем ребенка уговорить спокойно посидеть, но физиология устроена так, что ему нужно движение. Допустим, дети изучают животных. Можно же сидеть и на картинку смотреть, а можно идти по сенсорной дорожке, преодолевая препятствия и изображая их.  Так же и цвета, и счет - любой материал, если мы его даем через активную игру, запоминается в несколько раз быстрее и лучше.

- У вас делается акцент на физическую подготовку, а можно ли таким образом выявить какие-то предпочтения у ребенка, чтобы потом его отдать в профессиональный спорт?

- Дети дошкольного возраста, в принципе, способны во всем. Так же, как сложно определить в раннем возрасте, какой у ребенка склад ума: гуманитарный или негуманитарный, так и со способностями в определенном виде спорта. И здесь больше амбиции родителей – куда им хочется: в хоккей или спортивную гимнастику. Я сторонница того, чтобы детей развивали гармонично, поэтому общая физическая подготовка должна присутствовать.  Где-то в районе 6-7 лет у детей появляются предпочтения, и они уже сами могут сделать выбор.

- Что подтолкнуло вас к открытию своего центра?

- Я много работала с детьми, но индивидуально - как консультант или репетитор, а мне хотелось работать в каком-то детском развивающем центре. Частных учреждений в Ульяновске тогда практически не было, и мы с партнером открыли свое. Больше она открывала, я скорее помогала. Работали мы по стандартной системе, но мне всегда хотелось чего-то другого. Я понимала, что не могу там реализовать свои принципы. Именно это подтолкнуло меня начать свое дело. Отличие от других бросается в глаза уже в названии, потому что в основном у нас центры раннего развития, а у нас - детский центр развития и фитнеса.

- Страшно было начинать?

- Нет. Есть такое понятие – «быстрый старт», когда захотел и сразу сделал. В этот момент, когда глаза горят, мне кажется, ты не думаешь о проблемах, а просто решаешь их по мере возможности. Как-то, проезжая на машине, я увидела объявление об аренде помещения и подумала: «Классно было бы здесь открыться». И сразу мысли в голове закрутились. На следующий день я пришла сюда, позвонила по объявлению, сказала, что хочу посмотреть. С того звонка до момента открытия прошло всего 2,5 месяца. За это время я зарегистрировала юридическое лицо, подготовила программы, набрала персонал, сделала полностью ремонт в помещении. Сейчас, оглядываясь назад, я сама удивляюсь, как смогла все это сделать, но в тот момент мне очень сильно хотелось. Этот запал давал силы.

- Большой объем вложений потребовался на начальном этапе? И как быстро окупились затраты?

- Смотря с чем сравнивать. В цифрах ушло где-то около полумиллиона. Много это или мало, сказать сложно. Сейчас, наверное, открытие потребовало бы больше финансов. Но уже за первые 9 месяцев мы отработали полностью все затраты, которые понесли: на закупку оборудования, на первоначальную зарплату, на рекламу.

- Вы использовали какие-то кредитные ресурсы или только свои накопления?

- Были накопления, но их не хватило. Кредит я не брала, но у частных лиц занимала деньги на открытия бизнеса.

- С какими трудностями вы столкнулись?

- Самым сложным было набрать персонал. Если выбирать между педагогом, который уже проработал сколько-то лет в детском саду,  и молодой девочкой после института, я возьму молодую девочку. Система накладывает отпечаток, и работать по нашим принципам человек не может: он не помогает родителям в плане воспитания детей, а воспитывает их, воспитывает детей. Наш принцип – клиент всегда прав. Неважно, какая мама пришла: капризничает она или вредничает, но она мама и точно не хочет плохого для ребенка. Наша задача - показать ей, что все-таки, может, лучше так, а не иначе. Не каждый педагог с этим может справиться. Девочек без опыта научить проще, потому что у них еще глазки горят, есть желание учиться, а опыт – дело наживное.

- Вы открылись в 2013 году. В Москве тогда уже был бум «развивашек», в Ульяновске это все только появлялось. Легко ли было искать клиентов?

- Сложностей по привлечению клиентов, наверное, я не испытала. Меня уже многие знали как психолога-логопеда, и информация о том, что я открыла свой центр в новом формате, непохожем на других, достаточно быстро разошлась. Первые клиенты шли именно на мое имя.

Для занятий используются детские тренажеры

- Вы работаете с разными возрастными группами. Каких ребятишек больше всего?

- Больше всего у нас дошкольников: их, наверное, 70% от всех клиентов, сейчас мы много работаем с подростками. А из этих 70% больше половины – это дети до 3 лет.

- До 3 лет занятия проходят с мамами?

- Да, с 9 месяцев до 3 лет у нас детки занимаются совместно с мамами, потому что они ощущают маму неотъемлемой частью их жизни. Это нормально. После трех происходит взросление, и дети становятся отдельными личностями. Но если ребенок ходит постоянно, в период с 2 до 3 лет мы уже практикуем такой момент, когда мама оставляет малыша на занятиях одного.

- Чего хотят родители? Какой самый популярный запрос?

- Запрос у всех родителей один: чтобы ребенок был умным, здоровым, успешным. Но кого-то больше волнует развитие речи, кого-то память, кого-то физическая активность, а кто-то просто хочет, чтобы ребенок был послушным.

- Вы открыли центр, чтобы воплотить в жизнь свои идеи и наработки. Сталкивались ли с тем, что вас копируют конкуренты?

- Да, поэтому я зарегистрировала товарный знак. Сейчас я готовлю иск в суд на три компании, которые используют наш логотип и наше название «Тип-топ». В плане материала я не могу сказать, копируют нас или нет, потому что не присутствую на занятиях в других центрах, но то, что конкуренты заимствуют идеи наших курсов, это есть. К примеру, в прошлом году все детские центры открыли у себя развивающий фитнес. Я не против – работайте, но в итоге все закрылись. Почему? Потому что проводить развивающий фитнес в маленькой комнате – это ни о чем. У нас для этого есть большой зал, оборудованной детскими тренажерами, свободно вмещающий до 40 человек. Раньше у нас был еще уголок с тренажерами для взрослых. Сейчас мы его убрали, потому что детям нужно больше пространства.

- Вы упомянули, что работаете с подростками. Это же, наверное, больше инициатива родителей? Охотно ли дети в этом возрасте идут на контакт?

- Мы стараемся расположить детей к себе так, чтобы они почувствовали, что опасности мы никакой не несем, а, наоборот, даем им поддержку и помогаем ответить на вопросы. Ну, мы с вами тоже были подростками, да? В том возрасте мы немножко не понимаем, что от нас хотят и не знаем, как достучаться до родителей, чтобы донести это. Когда подросток видит, что взрослый хочет ему помочь, то он очень быстро входит в контакт, и потом уже сам изъявляет желание на подобную встречу. Хотя есть дети, которые сами проявляют инициативу. Иногда родители приходят к нам и говорят: «Я вообще не знаю, почему, но ребенок попросил сводить его к психологу».

Три сына Анастасии

- У вас есть франшиза. Как вы работает в других городах?

- С другими городами работаем в таком формате: мы продаем свои программы и помогаем новым центрам открыться, то есть обучаем и педагогов, и руководителей нашим принципам. Дальше они уже работают самостоятельно или вместе с нами - все зависит от пакета услуг, который выкуплен.

- Какие у вас в Ульяновске планы по развитию?

- У нас сейчас два центра: в центре и в Новом городе. Также мы открыли детскую развивающую комнату совместно со  спортивным клубом Ultra. Родители оставляют там детей, пока занимаются. Здесь у нас тоже свой подход к организации детей. Это не камера хранения, с детьми там мы проводим цикличные занятия. Причем мы практикуем работу с разновозрастными группами. Родители вначале относятся скептически к такой работе, но потом, видя результат, они очень довольны. Мы делаем максимум для того, чтобы было полезно детям и удобно родителям. В планах у нас открыть еще несколько таких комнат с этими и другими партнерами.

- Как вы совмещаете руководство центром и работу специалиста?

- Сейчас я веду мало групповых занятий, потому что у меня очень много индивидуальных консультаций. Бизнес – это одно, налаживание и работа центра требует внимания и сил, но в основном все отлажено уже.  Работа именно психолога – это самореализация, она приносит не меньшее удовольствие и возможность развиваться и в этой сфере.

- А как вы уравновешиваете все это с семьей? Вы ведь еще и многодетная мама…

- Да, у меня три сына: 17 лет, 14 и 3 года. Семья у меня на первом месте. И я любую работу я строю так, чтобы дети у меня не были брошены: чтобы я могла накормить их обедом по возвращении со школы, чтобы вечером я была дома. И когда говорят: «Невозможно совместить работу, бизнес и семью, я всегда отвечаю: все зависит от приоритетов. Всегда можно спланировать все так, чтобы это было не в ущерб детям, семье и работе». Понятное дело, я всегда на телефоне. Наверное, если не было мобильной связи, как раньше, было бы сложнее.

Фото Павла ШАЛАГИНА и из личного архива Анастасии Миллер

1641 просмотр