Наши врачи. Роль Симбирска в жизни всемирно известного врача-офтальмолога Владимира Филатова

Советский учёный, офтальмолог, хирург, академик, доктор медицины, профессор Владимир Петрович Филатов родился не в Симбирской губернии, но именно в Симбирске он решил стать врачом-офтальмологом. Сегодня один из проспектов города носит имя знаменитого на весь мир врача.

Владимиру Филатову было предначертано стать врачом. Он родился в семье врача 15 (27 по новому стилю) февраля 1875 года в селе Михайловка Протасовской волости Саранского уезда Пензенской губернии (ныне Лямбирский район, Республика Мордовия). Его отец, Пётр Фёдорович Филатов, был высокообразованным медиком, специалистом по хирургии и глазным болезням. Четверо из шести братьев Петра Федоровича тоже были врачами: Абрам — акушером-гинекологом, Нил — талантливый педиатр, основоположник российской педиатрии, который положил конец детской дифтерии, Фёдор — успешный земский врач, Николай — также известный врач. Только Михаил стал инженером, а Борис — юристом, в своих областях они тоже достигли немалых успехов.

В 1882 году вместе с семьёй Владимир переехал в Симбирск (ныне Ульяновск), где глава семьи устроился хирургом по глазным болезням в Александровскую больницу (ныне Ульяновская областная клиническая больница). Вскоре маленький Володя поступает в первый класс мужской классической гимназии. Владимир рос многогранной личностью. Любимыми занятиями молодого человека на летних каникулах были живопись, музыка и поэзия, но он решил посвятить себя офтальмологии, как его отец. Возможно, Пётр Фёдорович, работая в земской больнице, пробудил в сыне любовь к медицине. Существует легенда, что юный Филатов выбрал эту отрасль медицины, когда однажды увидел слепого мужчину. Будущий академик был потрясён и инстинктивно воскликнул: «Каждый человек должен видеть солнце!». Впоследствии эта фраза стала девизом института, который учёный открыл в Одессе.

В 1892 году юноша окончил Симбирскую классическую гимназию. По совету дяди, Нила Фёдоровича — выдающегося учёного-педиатра, который возглавлял кафедру Императорского московского университета, поступил на медицинский факультет того же университета (ныне Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова). В то время среди преподавателей университета был ряд выдающихся учёных: кафедру глазных болезней возглавляли одни из лучших офтальмологов того времени — Алексей Маклаков и Адриан Крюков, курс внутренних болезней читали Григорий Захарьин и Алексей Остроумов, хирургии — Николай Склифосовский и Александр Бобров, педиатрии — Нил Филатов, физиологии — Иван Сеченов, анатомии — Дмитрий Зернов, физики — Александр Столетов.

В студенческие годы Владимир, приезжая домой на каникулы, работал под руководством отца в земской больнице, помогая ему во время амбулаторного приема больных и ассистируя при операциях. В Симбирске молодой студент впервые близко познакомился со страданиями больных, которые теряют зрение, и полезной практической работой врача-окулиста, на примере своего отца. В те же годы он заинтересовался проблемой помощи больным, которые потеряли зрение из-за помутнения роговицы глаза - бельма. Именно тогда у Филатова возникла мысль о пересадке роговицы.

По окончании университета с отличием в 1897 году по предложению Адриана Крюкова юноша некоторое время работал ординатором университетской глазной клинике (в 1897—1902 годах). С 1899 года по 1905 год медик работал ординатором Московской глазной больницы под руководством профессора Сергея Ложечникова.

В 1903 году по приглашению профессора Сергея Селивановича Головина Филатов переехал в Одессу, чтобы начать работу ординатора в клинике при Новороссийском университете. В 1908 году он защитил посвященную отцу докторскую диссертацию на тему «Учение о клеточных ядах в офтальмологии: Экспериментальные исследования о влиянии кровяных сывороток на глаз». Это большое исследование, более чем на 400 страниц, было посвящено цитотоксическим сывороткам. В 1909 году молодой доктор медицины получил приват-доцентский курс. А с 1911 года, после отъезда Головина в Москву, возглавил кафедру глазных болезней Новороссийского университета (ныне Одесский национальный медицинский университет), которой руководил до 1956 года.

28 февраля 1912 года Филатов сделал первую операцию по пересадке роговицы методом полной сквозной кератопластики. Однако операция прошла неудачно. Много лет было потрачено на непрерывные поиски, раздумья, сомнения, кропотливую и напряжённую работу.

В 1913 году Филатов предложил новый метод измерения внутриглазного давления — эластотонометрию. В 1914 году Владимир Петрович изобрёл (а в 1917 году опубликовал) эффективный метод и способ пластики с помощью круглого стебля, образованного из кожи и подкожной жировой клетчатки, который оказался самым ценным вкладом в современную восстановительную хирургию, получил широкое признание хирургов и известен как «филатовский (круглый) стебель». С помощью метода круглого стебля было избавлено от страданий множество людей, получивших тяжёлые травмы во время Первой мировой войны.

Но Филатов не прекращал думать над проблемой пересадки роговицы. По данным Наркомздрава, по состоянию на начало 1920-х годов в Советском Союзе насчитывалось 238 тысяч слепых, половина из которых были больны бельмом. В 1924 году Владимир Петрович разработал метод полной (а в 1927—1938 годах — частичной) сквозной кератопластики, для которого спроектировал специальные медицинские инструменты. В отличие от прежней попытки, на этот раз операция прошла успешно. Однако проблема пересадки роговицы считалась на то время совершенно бесперспективной, поэтому смелая идея молодого врача не нашла поддержки в учёном мире. Он продолжал работу в клинике, внимательно изучая различные формы заболевания глаз, развивал и совершенствовал свою оперативную технику. Впоследствии профессор ввёл в медицину новый эффективный принцип лечения — тканевую терапию, которой посвятил 20 лет своей жизни. Этот метод нашел широкое применение в лечении не только глазных болезней, но и ряда общих заболеваний, которые ранее считались неизлечимыми, а также в различных областях медицины, ветеринарии и даже народном хозяйстве.

20 февраля 1931 года профессор Филатов был арестован органами ОГПУ по обвинению в участии в «контрреволюционной военно-офицерской организации». Он пробыл в тюрьме 2 месяца, в течение которых терпел тяжёлые физические и психические травмы, хотя, в отличие от других заключенных, с учёным вели себя осторожно. Считается, что удалённость области научных исследований Владимира Петровича от политики свидетельствует о том, что его, возможно, пыткам не подвергали. Во время допросов учёный писал много заявлений, изначально оговаривая себя, надеясь, что так можно закончить невыносимые психологические пытки. Профессору пришлось признать себя виновным в причастности к «контрреволюционным» организациям:

«С самого начала советской власти я не являлся её сторонником. Для меня не были приемлемы как главные её политические основания, так и та крутость мер, которыми она проводила в жизнь своё строительство. Недовольство, которое я испытывал при виде той ломки, которую приходилось переживать близкому мне классу интеллигенции, побуждало меня к мечтам об интервенции. В таких настроениях я дал Радкевичу в 1923 году согласие на оформление идеи устройства Общественного Комитета безопасности, который должен был взять в своё ведение гражданскую власть в Одессе после переворота. В 1930 году (или в 1929 году) я получил предложение быть членом Комитета безопасности от В.А. Бернадского, на что я согласился. В моём преступлении я решительно раскаиваюсь и совершенно разоружаюсь по отношению к советской власти. Признавая мою вину, я прошу пощадить меня и простить мне моё преступление. Я даю твёрдое обещание отныне раз и навсегда отказаться от политических замыслов и мероприятий против советской власти и принести все свои знания и опыт на пользу строительства Советского государства.

Филатов. 20 апреля 1931 года»

В тот же день ГПУ УССР постановил отпустить учёного под подписку о невыезде.

Вернувшись к работе в глазной клинике Одесского университета, Владимир Филатов впервые в мире 6 мая 1931 года использовал роговицу трупного глаза, сохранённого в условиях пониженной температуры, во время операции пересадки и этим решил проблему материала для кератопластики. Он разработал средство консервации роговицы во влажной камере при температуре +4°С. Владимир Петрович усовершенствовал технику операции частичной сквозной кератопластики, что упростило её выполнение. Кератопластика перестала быть клиническим экспериментом и стала действенным средством возвращения зрения слепым с бельмами. Решение проблемы донорской роговицы положило начало широкому внедрению кератопластики в практику и принесло Владимиру Петровичу огромную популярность. Отовсюду больные с бельмами направлялись в Одессу — к Филатову. В 1931—1932 годах Филатов создал при Одесской глазной клинике первую в СССР станцию глазной скорой помощи и глаукомотозный диспансер.

За разработку методов пересадки роговицы и тканевой терапии в 1941 году учёный был удостоен Сталинской премии.

По инициативе Владимира Петровича в 1936 году постановлением Правительства СССР № 632 был организован Институт экспериментальной офтальмологии (ныне — Институт глазных болезней и тканевой терапии им. ВП. Филатова НАМН Украины), который он возглавлял до самой смерти. Благодаря энергии своего руководителя институт быстро превратился в одно из лучших офтальмологических учреждений СССР.

В годы Великой Отечественной войны работа института была прервана. Владимира Петровича с частью его учеников эвакуировали в Пятигорск, где они работали в эвакогоспитале № 2172, а затем — в Ташкент, где на базе эвакогоспиталя № 1262 был восстановлен Приказом Правительства СССР Украинский институт глазных болезней в сокращённом объёме. Будучи директором института, учёный одновременно был главным консультантом указанного госпиталя. В госпитале находились тяжелораненые с повреждениями глаз, нередко потерявшие зрение на один глаз. Филатов делал различные оптические операции, а у больных с особенно грубыми бельмами проводил операции сквозной пересадки роговиц. Ранения глаз, как правило, сочетались с тяжёлыми повреждениями век, орбиты глаза, а нередко и лица. В таких случаях хорошо служил предложенный им ранее метод пластики.

30 сентября 1944 года Филатов возвратился в Одессу вместе со своим коллективом и принялся за восстановление разрушенного института. За один год ему удалось восстановить часть института, развернуть 120 коек и 6 лабораторий.

В 1946 году академик осуществил ещё одну свою мечту — выпустил «Офтальмологический журнал», основателем и первым главным редактором которого он и стал.

В том же 1946 году Владимир Петрович открыл при своей клинике детское отделение. Учёный установил, что пересадку роговицы лучше проводить в раннем возрасте, поскольку к взрослому состоянию из бельма развивается более тяжёлое и сложное заболевание – амблиопия, вылечить которую практически невозможно.

Послевоенные годы принесли ученому настоящее признание далеко за пределами Советского Союза. В очередь на приём в поликлинику больные становились с вечера, а для консультаций с тяжелейшими больными доктор выделял несколько часов три раза в неделю. По словам его учеников, даже безнадёжным больным он никогда не говорил нет, утверждая, что отбирать веру у больного — большой грех.

Офтальмолог, хирург от Бога Владимир Петрович Филатов скончался 30 октября 1956 года прямо на рабочем месте от кровоизлияния в мозг.

Информация и фото из открытых источников

815 просмотров