Душа подзащитного - потёмки. Ульяновская адвокатура раскрыла секреты работы

Ульяновская областная коллегия адвокатов 12 июня отметила 75-летие. О том, как за эти годы менялась профессия, «Народная» поговорила с председателем президиума коллегии, заслуженным юристом РФ Валерием Чернышовым.

- Почему 12 июня? Откуда появилась эта дата?

- История создания Ульяновской областной коллегии адвокатов является лишь частью истории симбирской-ульяновской адвокатуры, которая своими корнями уходит в век XIX, когда судебной реформой 1864 года было положено начало созданию присяжной российской адвокатуры. И после социалистической революции она существовала под разными названиями. 

С образованием нашей области 19 января 1943 года возникла необходимость организовать именно Ульяновскую адвокатуру. Пять лет назад, когда я работал над книгой «Ульяновская адвокатура XX-XXI веков: от ЧКЗ до АПУО - в фактах, лицах и воспоминаниях», мне удалось найти в одном из сотен личных дел адвокатов дату общего собрания коллегии адвокатов, где было 36 человек, избраны президиум и ее ревизионная комиссия, - 12 июня. Хотя в Госархиве отсутствуют документальные данные о дате образования коллегии.

По приказу министра юстиции СССР в ульяновской коллегии адвокатов работало не более 45 адвокатов. Существовало распределение по районам, в каждом были адвокаты. В Ульяновске в то время было всего-навсего две юридических консультации - Ленинского района и Володарского (ныне Заволжского). Занимались обычными адвокатскими делами, оказанием юридической помощи населению: работой по гражданским делам, защитой по уголовным и обслуживанием предприятий и организаций. 

- Сейчас сколько человек состоят в адвокатской коллегии?

- Ульяновская адвокатура в настоящее время насчитывает 501 адвоката, в коллегии состоят около 270 человек - она самая большая. Есть еще пять небольших коллегий, есть адвокатские бюро, кабинеты - они работают индивидуально. Но мы трудимся в коллективе и вместе обсуждаем возникшие вопросы по тому или иному делу. С печалью смотрим, как молодые адвокаты, организовавшие кабинеты, выпадают из поля зрения адвокатского сообщества. Недаром в прошлом году было внесено изменение в федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» о том, что адвокатские кабинеты имеют право открывать лишь юристы, проработавшие в адвокатуре не менее пяти лет. 

- Давайте сравним адвоката, живущего в 1943 году, и юриста 2018 года. 

- В советское время законодательство было не такое обширное. Сейчас Госдума «печет» множество законов, наверное, сотни за месяц. Естественно, раньше юристы имели представление обо всех нормативных актах в какой-то сфере права. В настоящее время это нереально, найти все можно, только пользуясь справочно-правовой системой в Интернете. 

В 1943 году в адвокатуру пришло много фронтовиков, ставших инвалидами. С высшим образованием было очень мало людей, в основном оканчивали трехмесячные юридические курсы или шестимесячные - с ними уже считались чуть ли не профессорами. Современные же адвокаты должны иметь высшее юридическое образование. Законом установлена обязанность постоянно повышать квалификацию. Есть курсы федеральной палаты, у нас образован институт повышения квалификации, мы приглашаем на семинары известных ученых. Шесть лет мы плотно сотрудничали с Американской ассоциацией юристов. Сделано много, в том числе была открыта горячая линия для граждан по бесплатной юридической помощи, нам шли звонки от Калининграда до Владивостока. Сейчас этим проектом в регионе занимается Гос-юрбюро. 

- А как поменялся сам статус адвоката?

- Повысилась его процессуальная роль. Если 48 лет назад, когда я пришел на работу, адвокат в уголовном процессе допускался только в судебном заседании, потом с момента окончания расследования уголовного дела, позже с момента предъявления обвинения, а теперь уже с момента задержания. Более того, в уголовном процесс сейчас даже свидетель может прийти на допрос к следователю, дознавателю с адвокатом. 

Активно включаются адвокаты и в общественную жизнь, оказывая бесплатную юридическую помощь населению, работая с молодежью, детьми.

- Многие ульяновцы еще знают вас как телеведущего правовых передач. Это тоже очень заметная роль в жизни региона.

- Десять лет вел передачи по местному телевидению «Слушается дело», «Спрашивали - отвечаем», «Телеадвокат». До сих пор, когда иду по центральному рынку, дамы из-за прилавков кричат: «Ведущий, ведущий, иди сюда, скидку дадим». 

- Помните первое дело, которое выиграли?

- Я тогда был еще стажером адвоката, проработал всего месяц, как мне дали направление в Ленинский суд. Одну женщину уволили с работы, надо было помочь ей восстановиться. Заплетающимся языком, довольно невнятно я мямлил, что мою подзащитную несправедливо уволили, - суд оказался на моей стороне. Потом мы с ней встречались, наверное, лет двадцать назад, осведомлялись друг у друга, как дела, как здоровье, и она каждый раз меня благодарила за помощь.

- С тех пор больше не волновались на процессе?

- Я волновался всегда, не взирая на то, какое дело вел. Это хорошее чувство, даже если выступаешь перед второкурсниками. Иначе превратишься в бездушного робота.

- Анатолий Кучерена сравнил адвоката со священником без рясы: люди приходят к нему, как на исповедь. В одном интервью вы сказали мне, что защищали 250 человек, обвиняемых в убийстве! Вы знали про каждого, убийца он на самом деле или нет?

- Нет, открывать свою душу или нет - право подзащитного. Душа-то, может быть, и в потемках. 

В своей книге «Тернист путь к истине» я описал одно дело из первых лет работы. Человек полностью признавал свою вину в совершении кражи, ему дали два-три года «химии». Тогда мы так называли закон, по которому осужденных направляли на стройки народного хозяйства, где они жили в общежитиях, трудились, получали зарплату. Года не прошло, как мы с ним встретились случайно. Он рассказал, что его направили в Саратовскую область, дали там трехкомнатную квартиру, хорошую зарплату, жене место работы, ребенку детский сад. Чего еще желать? И тут он мне признался, что на самом деле не совершал этого преступления. Это сделал его брат, ранее судимый. Когда за ним гналась милиция, он заскочил к нему в квартиру и попросил взять вину на себя, иначе бы настоящего преступника посадили надолго. В итоге благодаря этому приговору человек зажил счастливой жизнью. 

Адвокат исходит из той позиции, которую заявил наш доверитель. Сто человек говорят: убил, видели, а он говорит, нет, не убивал. Значит, надо поддерживать его. Бывает так, что действительно 100 человек ошибаются. В Тереньге был такой случай: мужчину осудили за убийство соседки. Это подтверждали показания соседей, которые видели, как за час до обнаружения трупа он зашел в дом, и никто не видел, как вышел. Мужчина все отрицал, ему дали десять лет. Девять лет он писал жалобы, что не убивал, и в начале десятого года явился с повинной настоящий убийца - не мог жить так дальше. Оказывается, мужчина посетил соседку на почве любви и дружбы и ушел огородами. А убийцу действительно никто не видел, чем он воспользовался. Вот такие перипетии судьбы встречаются в нашей работе.

Интересно, что…

 В двадцатые годы прошлого столетия симбирские адвокаты добирались до жителей даже мелких сел и деревень гужевым транспортом и пешком, помощь на дому у адвокатов была запрещена.

 С 1933 года восемь лет председателем ульяновского коллектива защитников работала Мария Башмакова при отсутствии какого-либо профессионального образования.

 В середине 50-х президиум областной коллегии установил, что каждый адвокат должен выступать перед населением с лекциями и беседами не реже двух раз в месяц.

 В 1988-м ульяновская областная коллегия включилась в работу по созданию Союза адвокатов СССР, несмотря на всевозможные препоны со стороны мин-юста, который называл эту инициативу преждевременной и незаконной. После обращения к Генсеку ЦК КПСС союз был создан в феврале 1989 года. 

 Валерий Чернышов отмечен медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, это редчайшая награда для адвоката.

Валентина КАМАНИНА

693 просмотра