Куранты отсчитав по взрывам мин…

Первая чеченская, неправильная война, «чистилище», закончилась 20 лет назад - последние подразделения Ульяновской 104-й воздушно-десантной дивизии были выведены из мятежной Ичкерии в 1997 году. 
О второй кампании сняты фильмы и написаны десятки книг - она, по воспоминаниям генерала Вадима Орлова, велась по правилам, «по уставу». 
А вот первую чеченскую пытаются забыть. 
Но имеем ли мы право забыть, как в новогоднюю ночь, пока Борис Ельцин поздравлял россиян с праздником, пока миллионы сограждан поднимали бокалы с шампанским под бой курантов, там, в холоде и грязи, погибали солдаты? Едва ли.
 
Грянул гром
Морозным утром 12 декабря вся 104-я собралась на плацу. Момент, который остался в памяти десятков военнослужащих: генерал Орлов объявляет о проведении в Чечне операции, «дембеля» вызываются ехать добровольно. О том, какой бойней все это обернется, тогда не знал никто.
- Все считали, что по Чечне бегают 200 аборигенов с автоматами, что, как сказал Грачев (министр обороны. - Прим. авт.), Грозный можно взять одной ротой десантников. Все ошиблись, - рассказал «Народной» генерал спустя 20 лет. - Дудаев обучал своих людей буквально с восьмого класса, им достались гигантские склады с оружием - сотни тысяч автоматов. Они готовились нас встречать. А президент, спасибо ему (с горькой иронией), решил приурочить победу к Новому году.
Десантные подразделения, и 104-я в частности, по воспоминаниям начальника разведки С., к войне были совершенно не готовы - Афганистан к 90-м забылся, в полевые выходы ходить стали реже, и офицеры-то были необстрелянные, что уж говорить о срочниках! Чечня грянула, как гром среди ясного неба. Впрочем, они были подготовлены куда лучше, чем остальная армия: мотострелки в бой отправляли поваров, штабных писарей. Гибли все без исключения. 
Приказ сверху был такой: войти в Грозный, занять административные здания, проверять документы у всех подозрительных личностей, разоружать боевиков. Все, как в сказке: приходят военные - и конституционный порядок резко восстанавливается. Голубые береты вылетели в Грозный 13 декабря. А трудности начались уже к 20-м числам.
Добро пожаловать в ад
 
 
Группировка 104-й ВДД должна была наступать на город с востока. Штурм запланировали в ночь с 31-го на 1 января. А пока войска должны были двигаться к городу своим ходом, причем колонной. Генерал Орлов возглавлял группировку сил.
- Я знал, что города так брать нельзя, устав писан кровью, города берут штурмовыми группами, поселения на окраине и дальше к центру. А нас отправили колоннами, мы были легкой мишенью, ведь никто не ждал сопротивления, - вспоминает офицер. - А сопротивление встретило нас уже 22 декабря. Противник подготовил укрепления, они были заминированы, были оборудованы огневые точки. Нас начали расстреливать. Погибло восемь человек. Мы дошли до Ханкалы, а за события, что были дальше, некоторые называют меня предателем.
Еще трое «двухсотых» было 26 декабря. Генерал Орлов понял, что чеченцы приготовились к жесткому приему. На стенах там и тут было по-русски написано «Добро пожаловать в ад». Повсюду прятались снайперы. А у десантников не было даже прикрытия. Ни авиации, ни артиллерии, ни связи, ни разведки - ничего. Всем группам войск (восток, запад, северо-запад, север) было приказано наступать на Грозный.
- Когда мне сообщили этот приказ в устной форме, я не стал его исполнять. Стал требовать письменного приказа. Посовещался со своими офицерами, и они сказали мне: «Куда вы, товарищ генерал, туда и мы». Наша группировка сил осталась в Ханкале, - генералу тяжело это говорить. - Что я думал тогда? Что я плохой военный, который не выполнил приказ. Но войны приходят и уходят. А люди остаются. Я не мог отправить людей на смерть. Мне кажется, я спас ребят. У меня было 200 человек из Ульяновска.
Боестолкновения, правда, продолжались и там, на границе Грозного. 28 декабря - еще один «двухсотый». «Трехсотых» - в разы больше. На улицах самого города между тем был настоящий ад. Тактика «шапкозакидательства», которую избрал штаб, приводила к колоссальным потерям. Танки били прямой наводкой в узких улочках. В радиоэфире был хаос. «Куранты отсчитав по взрывам мин, они встречали этот Новый год».
Идите в Грозный
Утро 1 января было действительно отрезвляющим - город не был взят, погибли сотни солдат, боевую задачу не выполнила ни одна из групп армий. Штаб понял, что с наскока взять город не получится, и подготовился к длительной войне. В Ульяновске меж тем был переполох - спустя несколько дней дивизия готовила к отправке еще одну группу войск на помощь первой.
Старший лейтенант Т. получил приказ отправляться в Чечню замполитом сводной роты внезапно - буквально «собирайся, сегодня вылетаете». Вообще все делалось второпях - ни о каком слаживании подразделений (это полевой выход, на котором бойцы должны узнать друг друга и притереться) и речи не было, набрали группу из разных рот (уже не «дембелей», а ребят после «учебок») - и в Моздок! 
Из части, уже получив автомат, Т. бежал в общежитие - позвонить жене и сообщить, что улетает. Правда, без уточнений куда. Своих подопечных старший лейтенант не знал ни в лицо, ни по именам. Но приказ есть приказ. Из Моздока они добрались до Беслана, а оттуда на автотранспорте - в Грозный.
- Нам отдали приказ «прибыть к расположению основных сил 104-й». Ни где они, ни как туда проехать, не сообщили. Мы въехали в Чечню, то тут, то там попадались разрозненные группы солдат, раненые. 5 января мы вошли в сам Грозный, - вспоминает офицер. - Увидели десантников с «Нюрками». Поняли - свои. Оказались псковские, которыми руководил нынешний командующий ВДВ генерал Сердюков (не путать с бывшим министром обороны. - Прим авт.). К ним и присоединились. 
Жесткие бои этой группы начались 6 и 7 января, в Рождество. Отряд десантников под командованием полковника Александра Павлова вместе со псковскими братьями вел ожесточенные бои на узких улицах, но погибших пока не было. Вдруг сообщение - «один двухсотый, трое трехсотых». Погиб рядовой Николай Джорджадзе.
- Во время боя на площади взрывом мины был тяжело ранен его командир капитан Дмитрий Инцертов. Под плотным огнем рядовой Джорджадзе бросился ему на помощь и донес до укрытия, - рассказали в 31-й бригаде (бывшая 104-я). - Уже передавая командира в руки санитаров, рядовой был убит выстрелом дудаевского снайпера. Через месяц ему посмертно присвоили звание Героя Российской Федерации.
Праздники прошли, а война осталась, и продолжалась она еще долгих два года. Поздно решать, было ли преступлением вводить неподготовленную армию в город. Поздно осуждать тех, кто не сумел договориться, и тех, кто передал бандитам оружие годом ранее. Поздно искать виноватых. Взгляните на тех, кто прошел через первую Чечню, и поблагодарите их. Помолчите за погибших. Помяните их «Новый год».
ПОДРОБНОСТИ 
Сержень-Юрт  - так  называется маленькое село в Шалинском районе Чечни, где 30 марта погибли несколько десятков наших земляков. Это было одно из самых жестоких и кровопролитных сражений 104-й гвардейской воздушно-десантной дивизии в первой Чеченской войне. В Сержень-Юрте колонна техники из сводного батальона ульяновских десантников попала в продуманную и высокоорганизованную засаду. Бой шел всю ночь. В нем погибли 28 десантников и 69 получили ранения... Из техники сводный батальон потерял 2 БМД-1, один БДРМ, несколько «Уралов» и Газ-66. Предполагается, что именно в этом бою наши десантники тяжело ранили Тимура Муцураева  - «певца джихада» (часть песен которого ныне признана экстремистскими).  Подробности об этом сражении можно узнать в фильме «Два комбата».
Андрей ТВОРОГОВ
365 просмотров