Сергей Чонишвили: «Я делаю то, что мне нравится»


Театр и музыка. Шекспир и Прокофьев. Ромео и Джульетта. Международный день театра и Международный музыкальный фестиваль «Мир, Эпоха, Имена…». Они встретились на одной сцене.

Великую музыку из балета Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта» играл Ульяновский государственный академический симфонический оркестр «Губернаторский» под управлением художественного руководителя Омского академического симфонического оркестра, дирижера Дмитрия Васильева. Великие шекспировские строки своим уникальным, обворожительным голосом читал заслуженный артист РФ Сергей Чонишвили.

- Сергей, «Ромео и Джульетта» были интересны вам в молодости или когда вы стали взрослым и мудрым?

- Вы знаете, я люблю делать то, что мне нравится. Я каждый раз открываю для себя что-то новое, когда занимаюсь своей профессией, каждый день мне приносит какие-то неожиданности. Поэтому если бы мне была неинтересна история «Ромео и Джульетты», наверное, я бы и не взялся за нее. Еще великий Шекспир понял, что действующая сила любви - женщина. И в данном случае Джульетта - организатор ситуации. Ромео мог быть ведущим, но не стал им. Если в наше время произведения Шекспира актуальны, то значит, наше общество еще не настолько дебилизировалось.

- Знаю, что вы 24 года проработали в театре «Ленком».

- Последние 11 лет являюсь свободным художником: играю в МХТ имени Чехова, в Театре наций, на Таганке у Ирины Апексимовой, в театре Ермоловой, в театре Олега Табакова, в САМИ - это содружество актеров и музыкантов. Еще я занимаюсь тем, что ежедневно сижу у микрофона - работаю на канале, записываю аудиокниги, пишу документальное кино, немножечко пишу сам.

- Недавно вы озвучили роль Сталина в американском фильме «Похороны Сталина». Его запретили к показу в России. Как вы к этому относитесь?

- Кстати, в российском фильме «Похороны Сталина», который снял Евгений Евтушенко, я тоже озвучивал одного персонажа. Я считаю любые запреты идиотизмом, потому что публика голосует ногами. Вспомните, много-много раз у нас были истории с различными запретами. Запрещают алкоголь, возникает контрафакт, а народ не прекращает пить. В свое время у нас были запрещены видеомагнитофоны, фильмы, которые потом хлынули к нам большим потоком, и публика сама решила, кто смотрит детективы, кто - кунг-фу, кто - мелодрамы. Прогресс запрещать нельзя, останавливать нельзя, а рассказ о том, что это неправильно, это не хорошо, как правило, всегда вызывает большой интерес к предмету.

- Вы озвучиваете множество фильмов, российских и иностранных. Над чем сложнее работать?

- Есть фильмы, которые написаны хорошо с точки зрения текста, есть фильмы, которые написаны плохо. В документальном кино мне зачастую приходится выполнять роль редактора, потому что уровень русского языка, особенно у людей, так называемых патриотов, очень сильно падает. Вот выйдите сейчас на улицу и спросите, кто самый любимый русский поэт, вам скажут - Пушкин. А так навскидку - назовите 20 его стихотворений? Сомневаюсь, что назовут. Работа бывает либо интересной, либо неинтересной. Неважно, насколько она трудна или нетрудна. Иногда бывает довольно трудным какое-то дело, но оно очень легко делается, потому что ты работаешь в команде единомышленников. Это мой принцип по участию в нашем синематографе, потому что я из тех идиотов, которые читают сценарии. Мне говорят: «У вас будет восемь съемочных дней в комедии». Отвечаю: «Дайте сценарий почитать». Начинаю читать и понимаю, что это никакая не комедия, да еще написанная на уровне людей, которые за всю жизнь прочитали одну книжку, да и та сберегательная.

- На съемки в большом телесериале, серий на триста - согласились бы?

- Нет, на триста серий я не полезу. Я предпочитаю локально входить в какие-то вещи, а если это будет такой длинный сериал, значит, буду вынужден прекратить свою жизнь, которая мне очень дорога и находится в очень гармоничном состоянии. Потому что я не думаю, какой бензин мне заливать в мой «Ниссан», сколько чашек кофе пить, сколько кусков мяса съедать в течение недели. И я делаю то, что развивает меня с точки зрения профессии. Повторюсь: я делаю то, что мне нравится. И чтобы иметь возможность все это делать, нужно просто иметь маленький базис. Например, великий человек Олег Павлович Табаков сам довольно поздно получил собственную квартиру, и, когда к нему в театр приходили молодые артисты, он прежде всего устраивал им жилплощадь. Человек должен иметь свой угол, где он может закрыть дверь и оказаться наедине с самим собой. Ведь единственная беседа, которая может нас чему-то научить, - это беседа с самим собой. У человека, имеющего свой угол, освобождается дикое количество энергии, и он может заниматься творчеством.

- Дайте совет тем, кто, как и вы, хочет ощущать гармонию жизни.

- Гармония жизни заключается в очень простой фразе: нужно слушать свой организм. Что он хочет есть, как он хочет жить, чем он хочет заниматься. Потому что любые поступки, которые совершаются вне желания твоего организма, так или иначе сказываются на твоей жизни. Например, приходится вставать в пять утра, а хочется поспать до восьми. Это уже некое насилие над организмом. Так что, когда человек находится в диалоге с собственным организмом, жизнь обретает гармонию.

- А вы во сколько встаете?

- По-разному. Сегодня, например, встал в четыре утра. После концерта улечу в Москву, у меня там завтра спектакль, а потом три полета над Россией…

Татьяна ФОМИНА

331 просмотр