Одуванчики Евгения Чевачина. Как художник приглушал игривую лёгкость бытия


В конце 1992 года в Музее изобразительного искусства ХХ–ХХI вв. (тогда – галерея «Искусство ХХ века») открылась выставка художников неформального творческого объединения «Левый берег». В экспозиции была представлена работа Евгения Чевачина «Одуванчики». Через 30 лет картина поступила в фонды Ульяновского областного художественного музея. Отныне натюрморт Евгения Чевачина «Одуванчики» представляет коллекцию художников «Левого берега».

_________________________________

Справка:

Евгений Павлович Чевачин (07.07.1948, Ульяновск – 04.04.2010. Ульяновск)

Учился в Ульяновском педагогическом училище № 1 на художественно-графическом отделении. После учёбы был распределён в Туву, город Кызыл. В 1976 году работал на комбинате «Тува-кобальт». В 1978 году вернулся в Ульяновск. С 1978 года преподавал в художественной школе № 5, в 1981–2001 годах преподавал в школе искусств № 8. Член неформального творческого объединения ульяновских художников «Левый берег». Участник выставок в Ульяновске, других городах России, зарубежных странах. Произведения находятся в собрании Ульяновского областного художественного музея, частных коллекциях России и странах зарубежья.

_______________________________

Одуванчики в картине Евгения Чевачина не эфемерны, словно бабочки, непринужденно порхающие и не отягощённые краткостью своего мгновенно-вечного срока. Срок определён днями. Часами. Минутами. В цветах Чевачина - стоическое мужество, серьёзность принятия мига пребывания на земле (впрямую – из земли – в землю). Он создаёт особый нерв, так отличающий реальные ли наши жизни, созданные ли кистью художника. Цветы Чевачина – независимые организмы. Но что им протекающая собственная жизнь, когда они жертвуют ей ради кратковременной нашей радости.

Евгений Чевачин даёт интервью. 1992 год. Музей изобразительного искусства ХХ- ХХI вв.

Евгений Чевачин был художником неформального творческого объединения «Левый берег», ярким представителем ульяновского андеграунда 1980–2000-х годов. Старший среди художников по возрасту, серьёзный в своих живописных рассказах, чаще всего, не имеющих концовок, а предлагающих каждому собственную коду, он казался предельно отрешённым от жизни вне творчества. Чевачин был среди основателей «Левого берега»: Алексея Соколова, Рамиля Идрисова, Евгения Сидорова, Сергея Маёршина. Жизнь «левобережцев» была поделена (50 на 50) между собственным творчеством и преподавательской деятельностью. Работа в заволжских школах искусств стала для Чевачина и его соратников неотъемлемой частью творческого пульсара, в котором были освоения традиций и новаторства художественного преподавания. Отделить одно от другого невозможно, это был творческий тандем уроков и знаменитых пленэров, непривычных экспозиций выставок и уличных художественных акций, восторженно принимаемых публикой. Художники «Левого берега» обыденную жизнь «в прозе» насыщали праздником, по-детски открытым и доверчивым.

Афиша выставки. 1992

Чевачин был истинным «левобережцем», одним из последовательных выразителей неоэкспрессионизма. И каждый из художников находил свои предпочтения, своих учителей в искусстве начала ХХ века.

В тематических работах Евгения Чевачина нашли отражение романтико-символические тенденции. Пастозная живопись, благодаря плотным (кроющим) непрозрачным многослойным мазкам, заостряла внимание на выявлении мощного эмоционального знака в мифологических и (или) мифологизированных сюжетах.

Художники «Левого берега» на выставке 1992 года в Музее изобразительного искусства ХХ- ХХI вв. Слева направо: Виталий Герасимов, Алексей Соколов, Евгений Чевачин, Евгений Сидоров

Натюрморты с цветами были для художника любимым жанром. Чевачин приглушал игривую «лёгкость бытия» цветов – моделей тяжёлыми всплесками красок, словно это было представлением мощной фресковой живописи. В этом заключался особый нерв, создающий диалог художника и «героев». Цветы и букеты в вазах не претендовали на сложноподчинённые взаимоотношения. Кажется, художника этот аспект не очень интересовал. Он предпочитал простоту мотива. А гармония или диссонанс возникали, словно внутри объекта: за праздничным или, напротив, будничным букетом, было заложено нечто большее, нежели любопытство или любование их красотой. Чевачин создавал именно диалоги, строящиеся то на напряжении, то на успокоении настроения. В небольшие по формату композиции художник умещал гармонию, споры, борьбу. Потому натюрморты ему были интересны, как задача, запутанная и необъятная по масштабу, и – решаемая естественно и глубоко одновременно.

Один из лучших натюрмортов Чевачина – «Одуванчики» (1992 год).

Евгений Чевачин. Одуванчики. 1992. Собрание УОХМ

Тёмный, преимущественно чёрный цвет фона со всплеском едва видимых других красок, словно ненароком занесённых сюда ветром, подчеркивают непривычно воспринимаемые цветы – на вечном старте в полёт, а обретшие основательность. И в композиции они получают устойчивость, словно потерявшие в космической жизни невесомость. Они сложны по живописным нюансам, они обретают свою, отличную от всего другого на земле, уверенность и вечность космоса. Их будущий полёт по меркам разных масштабов жизни – мгновение и вечность одновременно.

 Елена Сергеева, зав. Музеем изобразительного искусства ХХ–ХХI вв.

Фото Валерия Дурнова

Искренняя признательность Лидии Александровне Берч, ульяновскому журналисту, общественному деятелю, за передачу в дар Ульяновскому областному художественному музею картины Евгения Чевачина «Одуванчики» (1992 год).

422 просмотра

Читайте также