Победитель Forbes «30 до 30» Никита Матасов рассказал ульяновцам, как обойти законы физики и когда мы полетим к звёздам
Никита Матасов - участник программы подготовки космонавтов, победитель рейтинга Forbes* «30 до 30» в номинации «Наука и технологии». Как аэрокосмический инженер, он делает звезды ближе к людям, а как известный популяризатор науки - людей ближе к звездам.
В Ульяновск Никита приехал по приглашению Информационного центра по атомной энергии. Мы встретились, чтобы узнать у известного популяризатора науки, что мешает человеку отправиться к звездам и когда можно будет планировать отпуск на Луне.
- Никита, почти все, описываемое научной фантастикой на протяжении столетий, уже создано. За исключением, пожалуй, телепорта, машины времени и… И космос по-прежнему не освоен. Человечество все еще не бороздит просторы Вселенной, не общается с межпланетным ра-зумом. Когда эти сюжеты будут осуществлены и будут ли?
- Здесь все, к сожалению, как и многое в нашем мире, зависит от финансирования. Межзвездные перелеты даже с нынешними технологиями осуществить можно, но вопрос в рентабельности. Уже сейчас можно создать так называемые ядерные или термоядерные ракетные двигатели. Да, на Земле пока что не смогли успешно запустить такой реактор, и тем не менее, если все очень дружно захотим, это осуществимо.
- Получается, финансы - основная причина стагнации? Ведь с обывательской точки зрения, в сфере освоения космоса сейчас царит именно она… Да, понятно, что на орбитальных станциях постоянно проводятся прикладные исследования, но людям не очень интересно, как, скажем, размножаются дрозофилы в невесомости. Интереснее, когда мы сами сможем на выходные слетать на Луну или отправимся в отпуск на Альфу Центавра…
- Я бы сказал, да, в первую очередь дело в финансах. Как показывает практика и история развития науки в целом, для человеческого разума нет ничего невозможного. Если перед неким энтузиастом или научным коллективом поставить задачу по решению какой-либо проблемы, то, в конце концов, придумается «костыль», чтобы обойти законы физики.

Сложность в том, что мы экономически не готовы к плотному освоению космического пространства. Если говорить, например, о добыче ресурсов полезных ископаемых в Солнечной системе, то в каком-нибудь заурядном астероиде между Марсом и Юпитером может золота содержаться столько, сколько в целом у нас на планете не было за всю историю. И если мы до него долетим и начнем его разработку, то экономика всей Земли обрушится. Золото обесценится, и экономическая система не выдержит. Очень много таких нюансов, которые тормозят развитие подобных наукоемких отраслей.
Что до технической стороны, здесь я являюсь оптимистом. Я не то что верю - я знаю, что через 200 - 300 лет у нас все получится, мы придумаем корабли, двигатели, энергетические установки и кучу всего, что позволит человеку летать к звездам, как писали фантасты еще столетия назад.
- А вам не обидно, что вы этого уже не застанете?
- Обидно, но я связал свою жизнь с этой наукой отчасти как раз для того, чтобы постараться приблизить светлое будущее - международное освоение космоса. Чтобы внести какой-то свой вклад, чтобы знать, что я к этому будущему причастен, что кого-то вдохновил, а может быть, сам что-то придумал или разработал.
- А если допустить, что в ближайшие десятилетия мы все-таки сделаем этот рывок, какие научно-фантастические сюжеты нам удастся осуществить первыми?
- Я думаю, мы подтвердим, что мы не одни во Вселенной. Мы найдем жизнь. Не факт, конечно, что сразу разумную, но даже в Солнечной системе есть большое количество небесных тел, где теоретически жизнь должна быть.
В космонавтике есть так называемое уравнение Дрейка. Оно немного спекулятивное, но тем не менее. Это уравнение рассчитывает, сколько разумных цивилизаций может быть в нашей Галактике. В него входит много разных множителей. Один множитель, например, указывает, сколько солнцеподобных звезд во Вселенной. Второй - количество планет, подобных Земле, и т. д. Есть и косвенные спекулятивные множители. Например, предполагаемое время жизни искомой цивилизации. И вот когда все эти показатели между собой перемножаются, даже при самых-самых пессимистичных прогнозах только в нашей Галактике - около сотни цивилизаций. При самых оптимистичных прогнозах - в районе десяти тысяч. Почему мы с ними не знакомимся? Тут есть свои нюансы. Например, физическое ограничение в виде скорости света. И тут я смотрю оптимистично: я думаю, мы найдем все равно какой-нибудь «костыль», чтобы обойти это ограничение. Да, мне нравится типично русский такой подход, что мы «костылями» продвигаем науку. Но по-другому это не назвать. Напрямую физический закон никак не изменишь. Значит, нужно придумать, как его обойти.
- А если взять горизонт планирования 30 - 40 лет, за это время что-то может поменяться?
- Как минимум освоение Луны. Сейчас усилия всех мировых сообществ, космических агентств сконцентрированы на освоении нашего спутника. Он рассматривается как плацдарм для освоения дальнего космоса. У Луны понижена гравитация, нет атмосферы. Если расположить на ней завод по производству топлива и создавать прямо там космические аппараты и корабли, их будет гораздо проще запускать к тому же Марсу или другим небесным телам нашей Солнечной системы. Уже не нужно будет придавать ракетам форму тоненького стержня, им не нужно будет столько топлива, чтобы преодолеть гравитацию и атмосферу нашей планеты. Хоть в форме кубика построй, хоть в форме стула, хоть тумбочки - оттуда полетят любые формы. И где-то к середине XXI века на Луне точно будут созданы долговременные обитаемые базы.
- Возвращаясь к научной фантастике. В других отраслях не раз бывало такое, что фантаст что-то предсказал или придумал, а ученые подхватили его идею и реализовали. В аэрокосмической сфере были такие прецеденты?
- Я бы сказал, что это все очень переплетено между собой. Когда появилась космонавтика, научная фантастика претерпела кардинальные изменения. Люди поняли, что космос - это не просто фантазии, все по-настоящему. Уже в этой новой научной фантастике люди придумали технологии, которые потом пришли в нашу повседневную жизнь. То есть вот такая многосложная цепочка. А так, чтобы какие-то технологии, которые из фантастики перешли в космонавтику, - это нужно подумать. Вопрос интересный, глубокий. Наверное, в будущем, если мы соберемся лететь к звездам, те процессы, которые были показаны в сериалах, в фильмах, в книгах, ситуации, которые были смоделированы как нештатные, технологии, которые были придуманы, действительно смогут быть воссозданы и применены.
- Что лично вас больше всего вдохновляет, восхищает в космосе, науке, аэрокосмонавтике?
- Да вообще все. И философская, и техническая составляющие.
Философская - это, конечно же, стремление к светлому будущему, когда мы всем миром в конце концов объединимся, закончим все конфликты и будем исследовать то самое космическое пространство. Потому что это действительно такая общечеловеческая мечта. Мне кажется, если каждому человеку в мире простым языком рассказать о том, что есть в космосе, рассказать о планетах, других звездах, какие там процессы происходят, сколько там всего потрясающего в бесконечном разнообразии и бесконечных комбинациях, то в глубине души у каждого екнет и каждый поймет, что ему хочется туда. Все равно этот зов с древности, когда человек смотрел на звезды и не понимал, что там, - он остается. Ну и техническая составляющая - это очень интересно. Это, опять же, передовой рубеж. Космонавтика - это одна из самых наукоемких сфер деятельности людей. Очень много технологий, которые были изначально придуманы для полета в космос, потом перешло в нашу повседневную жизнь. Это и операции на сердце, и лазерная коррекция зрения, и наш смартфон, и камеры - там столько всего. Все это пришло к нам в нашу жизнь, чтобы сделать ее лучше, и это, на мой взгляд, тоже такой потрясающий факт о космонавтике, почему и стоит ей заниматься.
Юлия ШАГУНОВА
Forbes* - это ежегодный рейтинг российской редакции журнала Forbes, в который попадают самые перспективные и талантливые специалисты в возрасте до 30 лет.
Читайте наши новости на «Ulpravda.ru. Новости Ульяновска» в Телеграм, Одноклассниках, Вконтакте и MAX.