PDF-подписка
 
21.01.2017
23:34

«Машина времени» Евгения Финкельштейна

Среди редкого племени российских классических гитаристов Евгений Финкельштейн - первый среди равных. Тем ценнее каждый новый визит маэстро в Ульяновск.

Во время одного из недавних таких концертов наша газета пообщалась с человеком, способным извлекать даже из обычной шестиструнки воистину божественные звуки, и выяснила, что ничто человеческое ему не чуждо...
- Евгений Юльевич, вы уже третий раз в Ульяновске, не считая Димитровграда. Меняется ли раз от раза восприятие нашего города издалека?
- Кроме того, что он становится все ближе, - нет. Подъезжаешь к гостинице и понимаешь, какое здесь все родное уже. Как будто не в другой город с гастролями приехал, а вернулся к себе домой. У меня в вашем городе даже любимое место появилось - улица Ленина. Она произвела на меня большое впечатление еще в первый приезд. Тогда никто не предупредил меня, что это именно она. А по другим городам я знал, что улица Ленина в любом населенном пункте издавна главная магистраль. Тем более нечто величественное я ожидал увидеть на родине Ленина. А тут маленькая улочка старой застройки, как будто со времен семьи Ульяновых не поменялось ничего. Я почувствовал себя перенесенным на машине времени на полтора столетия назад. И это ощущение, которое дает ваша улица Ленина, мне нравится очень.
- Помимо гитарной музыки, были еще какие-нибудь варианты применения вашей артистической натуре?
- Вариант другого инструмента, когда мне было семь лет. Тогда меня мама отдала заниматься в музыкальную школу по классу фортепиано. Это было ужасно и мучительно  целых два года. Потом мама отпустила меня, и я перестал мучиться. А в 11 лет сам начал заниматься на гитаре. По двум причинам. Мне нравилось, как звучит тяжелый рок и хеви-метал на соло-гитаре. И еще мне хотелось петь под гитару не хуже, чем мальчишки в нашем дворе. Повезло, что моим учителем стал легендарный и великий Александр Фраучи. Своим гипнотическим влиянием он влюбил меня именно в классическое гитарное исполнение.
- Наверняка дворовые ребята не поняли и не одобрили ваш выбор?
- И поняли, и одобрили, и приняли меня как равного, если не выше. Любовь к дворовым песням жила во мне до 14 лет, пока я не поступил в музыкальное училище. Попутно открывая глаза своим ровесникам, среди которых было достаточно трудных подростков, на все возможности инструмента, считавшегося в нашем кругу народно-дворовым. Всегда буду помнить, какое колоссальное впечатление производило на них то, что на тех же шести гитарных струнах может звучать не просто подростковый блатняк, но и другая, возвышенная музыка. Дошло до того, что однажды меня зазвали в гости обычные ребята. Было утро, но они уже пребывали, скажем так, в приподнятом настроении. Я расчехлил гитару, готовясь к невзыскательному концерту по заявкам на дворовые и рок-темы. И вдруг услышал: «Финкельштейн, сыграй нам вариации на тему Моцарта...».
- С тех пор классической гитаре вы не изменяете?
- Отнюдь. Делаю это постоянно и не без удовольствия. Причем иногда в самых неожиданных и неприспособленных для этого местах. Например, на семинаре классической гитары в Германии, где однажды после очень насыщенного специальными событиями суетливого дня мне предложили вдруг сыграть на электрогитаре. Я сначала отнекивался, как мог: мол, там совершенно другая техника правой руки. Потом подумал: что я делаю? Ведь во Дворце пионеров я когда-то мечтал играть рок, но тогда это было нельзя. А тут мне сами предлагают. Чего же я отказываюсь? И с огромным удовольствием сыграл «Улицу Роз» Кипелова и группы «Ария».
- Сегодня ваш зритель и слушатель - какой он?
- Разочарую вас, наверное, но с годами он не меняется. Гораздо приятнее, что люди приходят на концерты классической гитары. Даже те, кто любит гитару вообще, - от классики до Высоцкого и бардов.
 - Вы также активно занимаетесь преподавательской деятельностью. Как вы считаете, чему необходимо в первую очередь научить студентов, помимо технического совершенствования исполнения?
- Очень важно, чтобы у исполнителя внутри пьесы не было смысловых белых пятен. То есть каждая пьеса - это как маленькая жизнь. Человек не может всю жизнь прожить в нейтральном, вялом состоянии. Он может быть влюблен, он может быть в состоянии ярости, мести и так далее. Вот и пьеса должна быть наполнена разными состояниями. Исполнитель должен быть как драматург, он должен выстроить пьесу. Мне приятно, что многие из моих учеников оказываются достойными учителя. Например, Дима Притула, который со своим другом и коллегой баянистом Григорием Серединым знакомы ульяновцам. Для этих ребят не существует границ в хорошем смысле этого слова. Они и мелодию из «Титаника» сыграют на раз. И Чайковского с Майклом Джексоном в одно попурри объединят. Или «Тико-тико» с музыкальной темой из «Джентльменов удачи».  Они смелее нашего поколения - нынешних 45-летних. И не без чувства высокого художественного вкуса.
- А какой из советов ваших великих учителей запомнился настолько, что стал, возможно, вашим кредо по жизни?
- Однажды мой педагог Александр Камиллович спросил: «Можешь кратко, но четко сформулировать основную идею исполнителя?». Я отвечал что-то долго и сложно, чуть сам не запутался. Тогда Фраучи сказал мне: «Не мудри! Ты должен просто получать удовольствие, тогда и публика испытает радость. А если ты мучаешься во время игры, то и всех окружающих измучаешь». Стараюсь с тех пор следовать завету мастера.


Евгений Вяхирев

10 января 2017 г. 09:03
  • 109 просмотров
 
 

comments powered by Disqus