«Восточные сказки»: чем дальше, тем страшнее

 

Жительница Ульяновска Ольга Смирнова (все имена и фамилии в публикации изменены. - Авт.) в последний раз видела своего сына Дамира больше двух лет назад. Сейчас ему четыре с половиной года, и живет он в семье своего отца, гражданина Азербайджана, в городе Баку. Ленинский районный суд уже на нескольких заседаниях признал, что мальчика удерживают в другом государстве незаконно, ограничивая права матери на участие в воспитании ребенка, и постановил, что в его интересах отец обязан возвратить Дамира его матери. Вот только как добиться исполнения решения суда, за два года мытарств Ольги по всем инстанциям ей так и не объяснили.
 
Жизнь как во сне. Кошмарном
 
Отношения Ольги и Ирека, к сожалению, напоминают многие подобные истории, появляющиеся время от времени на страницах популярных таблоидов, романов или возникающие в темах разнообразных теле-ток-шоу. Сюжет расхожий - красивая девушка встречает восточного «принца». За исключением, разве что, одного - здесь напрочь отсутствует романтическая составляющая, которая обычно предшествует заключению таких союзов. Как говорит сейчас Ольга, отца своего единственного сына она всегда безумно боялась. И поводы у нее к этому были весомые.
 
- Ирек обратил на меня внимание, когда мне было всего четырнадцать лет, - рассказывает Ольга. - К сожалению, надо признать, что мы с моей сестрой-двойняшкой росли в неблагополучной семье. Отца я в сознательном возрасте ни разу не видела, а наша мать сильно пила. Так что никакой защиты я в своем «нежном» подростковом возрасте не имела. А Ирек тогда приехал сюда вместе с родственниками - у него в Ульяновске был «бизнес» по торговле спиртом, нелегальный, конечно. Жил недалеко от нас, встретил меня пару раз и решил, что я на всю жизнь стану, как он выражался, «его женщиной». И сразу попытался взять мою жизнь под собственный и единоличный контроль. Выпытывал, где я была, с кем встречалась. Если что-то ему не нравилось, мог и избить. Заступиться за меня, я повторяю, было некому. Вот такая романтика.
 
Дело дошло до того, что сестры сами пришли в органы опеки и заявили о домогательствах своего соседа. Их обеих спрятали в одном из детских домов Ульяновска, но восточный «Ромео» проник и туда. Тогда их направили в одно из подобных заведений области. Но через год им пришлось вернуться в город, чтобы закончить среднюю школу. В город они не выходили, учителя посещали их в детдоме. А к моменту их выпуска Ирек в очередной раз вернулся из Азербайджана. И опять нашел Ольгу, поскольку сестры вернулись в квартиру, ранее принадлежавшую их матери, которая к этому времени уже умерла.
 
- Да что там говорить, я сошлась с ним только от страха и безысходности, - горько вздыхает девушка. - Мы не расписывались с Иреком официально, в графе «отец» у Дамирки вообще стоит прочерк. Но жили вместе в моей квартире. Да, и еще он пригласил муллу провести над нами обряд «никях» (мусульманский обряд бракосочетания. - Авт.). Правда, при этом обманул муллу, сказав, что я приняла их веру. Ну, а что я пережила за время нашего, так сказать, совместного проживания, вспоминать мне не хочется. Наверное, вы уже поняли, что Ирек был тесно связан с криминалом. А кроме этого, имел очень нестабильную психику, которая со временем все больше расшатывалась. Он мог связать и избить меня без всякого повода с моей стороны. Я уже ждала ребенка, когда в своих припадках ярости он бил меня в живот и кричал, что не хочет, чтобы матерью его сына была такая… ну, скажем, тварь - в реальности он использовал другое слово. Так что в роддом я поехала вся в синяках. Соседи говорили мне: Оля, он же тебя убивает, с этим надо что-то делать. Но я тогда жила как будто во сне. Кошмарном.
 
Два месяца ада
 
Маленькому Дамиру едва исполнилось три месяца, когда его отца взяли за хранение наркотиков с целью торговли в особо крупных размерах. На суде Ирек плакал, клялся в любви к жене и сыну и даже утверждал, что они оба (!) смертельно больны. В итоге его выпустили под подписку о невыезде. Но он тут же уехал на родину, в Баку. Так что в России он теперь официально находится в розыске. И к этому времени успел «засветиться» во многих серьезных преступлениях - включая убийство
 
- Полтора года он звонил мне по несколько раз на дню, умолял приехать, - рассказывает Ольга. - Сейчас-то я понимаю, что сделала глупость, когда все-таки поддалась на его уговоры. Но тогда… молодая, глупая девочка, без денег, без работы, без чьей-либо поддержки, с маленьким ребенком на руках… В общем, мы с Дамиром уехали в Азербайджан.
 
В Баку Ольга прожила в семье своего гражданского мужа около двух месяцев. По ее словам, это были два месяца ада. Все, что пишут в триллерах про жизнь наших женщин в мусульманских странах, оказалось правдой. Своего ребенка она практически не видела - он все время проводил на «мужской» половине квартиры со своим отцом. Женщинам заходить туда не дозволялось. Да и женщины семьи Ирека встретили русскую невестку сына, мягко говоря, без радушия.
 
- Ключ от квартиры всегда висел на шее у матери Ирека, - рассказывает Ольга. - Одевали меня по всем мусульманским канонам, в длинную юбку и блузки с длинными рукавами. На Дамира приходили посмотреть родственники и друзья их семьи, а мне в обязанность вменяли чистить им обувь и всячески угождать. Да это еще полбеды - Ирек каждый день твердил, сколько нервов я ему попортила, пока он уговаривал меня эти полтора года, чтобы я привезла к нему нашего сына. Часто бил меня, а семья спокойно смотрела на это, никак не вмешиваясь. Документы у меня отобрали сразу же. А его сестра говорила мне, что они сделали свидетельство о рождении, по которому мать моего ребенка - она. И теперь я не смогу никогда ничего доказать. В конце концов я не выдержала и стала молить свекровь, чтобы она позволила нам с Дамиром уехать домой, в Ульяновск. Говорила ей, чтобы она пожалела меня, ведь она тоже мать. Но она только прошипела в ответ что-то типа: «Это же мой сын, он - мужчина, и ты обязана во всем его слушаться!». А на следующий день я поняла, что она сразу же рассказала все Иреку.
 
В тот же день муж впихнул Ольгу в машину и отвез ее на российскую границу. Документы швырнул ей в лицо, когда они прошли пограничный контроль. И заявил, что она никогда больше не увидит своего сына.
 
Уполномоченный «без полномочий»
 
С тех пор прошло больше двух лет. Ольга прошла все инстанции, начиная от прокуратуры, районного суда и заканчивая обращениями к президентам России и Азербайджана, Общественной палате РФ и уполномоченному при президенте Российской Федерации по правам ребенка Павлу Астахову. Результаты… Да можно сказать, что их нет. В отписке на обращение к Павлу Астахову, который так любит красоваться на экране по поводу какого-нибудь «резонансного» дела, говорится, что юридической поддержки Ольге они оказать не могут, поскольку господин уполномоченный «не имеет полномочий действовать на территории иностранных государств». И что она сама вывезла ребенка в Баку и теперь «вправе обратиться за судебной защитой как в соответствующий суд Российской Федерации, так и в соответствующий суд Республики Азербайджан». «Соответствующий суд Российской Федерации» принял решение в пользу истицы, и не одно. А вот «аппарат уполномоченного по правам человека Республики Азербайджан… провел проверку условий проживания ребенка и счел их «очень хорошими». В ответе из аппарата Общественной палаты Российской Федерации также сказано, что сотрудникам посольства РФ удалось встретиться с отцом мальчика, который сообщил, что летом 2012 года заявление об установлении отцовства будет рассмотрено судом, и он полагает, что решение этого вопроса, как говорится, однозначно, поскольку биологические анализы факт отцовства подтвердили. И после этой процедуры ничто не мешает ему оформить ребенку гражданство республики Азербайджан, поскольку законодательство данного государства позволяет сделать это без согласия другого родителя. 
 
- Я даже не знаю, удалось ли отцу Дамира сделать это, - говорит Ольга. - Полагаю, что удалось. Значит, мой сын теперь гражданин другой страны, он не говорит по-русски, его отец ругает меня непечатными словами, если я звоню туда, и угрожает мне, я даже не слышала голос сына за все эти два с половиной года, и… - молодая женщина останавливается, чтобы сдержать подступившие слезы. - Ехать туда сама я не могу - я просто не вернусь оттуда. Когда в каком-то телефонном разговоре я заикнулась о том, каким образом мне смогут обеспечить безопасность в случае моей поездки в Азербайджан, то мне ответили вполне традиционно - ну, с вами же ничего пока не случилось. Это притом, что от некоторых общих знакомых мне известно: Ирек просил, чтобы меня угостили хорошей порцией серной кислоты - здесь, в Ульяновске.  Я сменила место жительства, и его знают очень немногие. И на улицу я стараюсь лишний раз не выходить. Ну что же, могу сказать, что со мной действительно пока еще ничего не случилось…
Евгения Александрова
 
P.S.
Так что же, это тупик? Тупик для молодой женщины, у которой отобрали самое дорогое, что у нее есть, - ее ребенка? В этой ужасной ситуации, в которую Ольга угодила не первая и, наверное, не последняя, больше всего непонятно одно - а зачем тогда нашей стране этот огромный государственный аппарат, эти уполномоченные по всем и всяческим правам, эти разнообразные палаты, если все их реакции сводятся, по сути, к одному - ну, так получилось. Сможете родить еще одного ребенка. Словно успокаивают маленькую девочку, выпустившую из пальцев воздушный шарик, который улетел в небо: не плачь, детка. Еще купим…
536 просмотров