Путешествие глухарки

В заповеднике «Сенгилеевские горы» была выпущена глухарка, попавшая в беду. Птица бодро долетела до деревьев и направилась дальше в лесную чащу. Глядя на нее, никогда не поверишь, что еще две недели назад она была при смерти.
А началось все 20 февраля – на границе Ульяновской и Самарской областей, в Мелекесском районе. Огромная птица-глухарь бегала по дороге и никуда не улетала, не обращала внимания на проезжавшие мимо машины. В небе над ней кружили стая ворон и орлан-белохвост. Истощенное животное опустило крылья почти до земли. Перья – тут и там. Звучит трагично, но развязка истории будет счастливой.
Обнаружили птицу проезжавшие мимо люди. Оценив ситуацию, они посадили глухарку в машину и позвонили в центр спасения диких птиц орнитологу Галине Пилюгиной. Птица попала в вольер и провела там чуть меньше месяца – до нашего с ней знакомства.

Испугается – будет разрыв сердца
Правда, поначалу знакомством это будет назвать сложно. Дело в том, что сегодня глухарку выпустят на волю в Сенгилеевском заказнике, а чтобы реализовать эту, как оказалось, сложную процедуру, птицу посадили в картонную коробку. Помните, барашка в коробке у Сент-Экзюпери? Писатель, помнится, предупредил, что в коробке необходимо сделать отверстия – чтобы зверек не задохнулся. С «вагоном» для глухаря все серьезнее – помимо отверстий в коробке для птицы должно быть достаточно места. Кроме того, сверху ее необходимо закрыть непрозрачной тканью. Зачем – рассказывает Галина Пилюгина, та самая орнитолог, что лечила птицу в центре спасения.
– В отличие от хищных птиц тетеревиные довольно неустойчивы к стрессам, – рассказывает она, – каждый звук, шум – все может привести к разрыву сердца. Чтобы довезти птицу до леса живой, придется приложить все усилия! Коробку закрыли тканью, чтобы она ничего не видела – так не страшно, ведь правда?
Девушка-орнитолог рассказывает, что, когда птицу к ней только-только привезли, было очень трудно понять, что с ней. Внешних повреждений не было, она была целой, без переломов.
– Птица сидела, забившись в угол вольера, – продолжает Галина, – и немного накидывалась на меня с шипением. Но в целом она была очень ослаблена и истощена, поэтому активности не проявляла.
Чуть позже сотрудники станции при более тщательном осмотре выявили внутреннюю инфекцию. Провели терапию антибиотиками, поддержали витаминами. Были проблемы с кормежкой – приучить птицу к обычному зерну оказалось крайне сложно. А все потому, что в лесной чаще глухари питаются травами и ягодами. Со временем глухарка начала есть и пошла на поправку. В последние дни взлетала даже к потолку вольера.

Опьяняющая свобода
Пока глухарку погружают в машину, посетим сам центр спасения диких птиц. Кого тут только нет! Вот серьезный парень – одноглазый филин – сидит нахохлившись и созерцает своих соседей. Среди них – неугомонные орлы, птицы поменьше и даже лебедь. Последний, правда, как-то напуган: не любят лебеди людей, и все тут! Хочется погладить филина. «Штраф – один палец!» – серьезно предупреждает Галина. Верю.
Между тем нашу глухарку (в коробке, естественно) погрузили. Признаков жизни она из своего «вагона» не подавала – и журналисты, после рассказов о разрыве сердца со страха, серьезно за нее переживали. Так что путешествие до заказника было достаточно тревожным. О том, почему птицу решили выпустить почти в часе езды от центра, опять-таки рассказывает Галина – она тут, в машине, следит за особой пассажиркой.
– Дело в том, что охота на глухарей официально разрешена, – сетует она, – а выпускать под выстрел птицу жалко. В Сенгилеевском же заказнике запрещена всякая охота, так что там нашу пациентку не убьют в первый же день. К тому же там есть и другие глухари!
В лес нашу «экспедицию по транспортировке птицы» провели охотники – обещали пассажирку не трогать. Слово, кстати, сдержали. Итак, решающий момент – открываем коробку. Вернее, Галина открывает – когти у глухарки (если та жива) что надо.
…Признаки жизни, правда, птица подала почти сразу – кажется, орнитолог выпустила из коробки торнадо из перьев, крыльев и когтей. Долгожданная свобода!
Свобода эта настолько опьянила птицу, что та, пролетев десяток метров, в шоке и с круглыми от удивления глазами села на ветку ближайшей сосны. Вдоволь напозировавшись фотографам, привыкнув к лесному воздуху, она таки полетела по-настоящему – и след простыл!

Андрей ТВОРОГОВ

685 просмотров