Унесённые ветром времени, или Где стоит ничейный храм

Смотрю на Покровскую церковь, что в селе Карлинское, - дух захватывает от красоты! Построили ее в 1897 году. Сейчас так строить разучились…

Поразительно, но этот храм… ничей. Нет у него хозяина, хотя здесь проходят богослужения. Покровская церковь стала исходной точкой для обсуждения вопросов сохранения культурно-исторического наследия на экспертном совещании Общероссийского народного фронта Ульяновской области.

Ничьи храмы

Трудно даже представить себе размеры безхозяйственности. На территории области - около 200 храмов в статусе объектов культурного наследия. Более 80 процентов из них не имеют собственника! Страшненькая цифра. Ведь это значит, что у здания нет охраны, заходи кто хочешь и делай что хочешь.

Начальник управления по охране объектов культурного наследия Шарпудин Хаутиев считает эту проблему одной из самых серьезных: «После того как не стало колхозов и совхозов, устраивавших в помещениях церквей склады или дома культуры, здания стали никому не нужны. По действующему законодательству органы местного самоуправления обязаны поставить такие объекты на учет как бесхозные. Они должны обратиться в управление федеральной регистрационной службы и, если никто не заявит права на данный объект, оформить его в муниципальную собственность. А в дальнейшем передать религиозным организациям. Мы не раз объясняли муниципальным властям, что если они не принимают таких мер, то мы направляем обращение в прокуратуру, суд. Хотя мы понимаем, что в муниципалитетах не хватает средств даже на оформление кадастровых паспортов».

Выясняется еще одна любопытная деталь. Органы местного самоуправления могут потратить средства только на те объекты, которые находятся у них в собственности! А храмы - бесхозны. То есть законы противоречат друг другу? По словам Хаутиева, на федеральном уровне не раз поднимался вопрос о необходимости дать более широкие полномочия органам местного самоуправления, чтобы они принимали такие объекты, не нарушая бюджетное законодательство. Подождем, может, дело примет логический оборот.

Прихожане рады любой помощи

Вернемся к Покровской церкви. Храм нуждается в ремонте - замене кровли, усилению фундамента, покраске фасадов. Но местная православная организация «Храм Покрова Пресвятой Богородицы» не имеет правоустанавливающих документов на это здание. Управлением по охране объектов культурного наследия будет оказана юридическая помощь в оформлении храма в собственность религиозной организации.

Сейчас ведется работа по постановке на учет 18 «ничьих» храмов, среди них церковь Николая Чудотворца в Барышском районе, церковь Во имя Дмитрия Солунского в Базарном Сызгане, церкви в Ханинеевке, Малой Хомутери, Оськине и другие.

Предвижу вопрос: а что изменится после того, как храмы обретут собственника? Тогда появится возможность получить государственные субсидии на их восстановление. А пока… Прихожане Христорождественской церкви с. Лебяжье Мелекесского района проводят сбор средств на ремонт храма. Прихожане села Елшанка Ульяновского района просят помощи в восстановлении церкви Во имя Казанской Божией Матери, 1820-е гг., которая представляет собой редкий зрелый образец культового здания эпохи позднего классицизма. Восстанавливается объект культурного наследия регионального значения церковь православная приходская Архангела Михаила, 1820 года, в с. Никитино Сурского района. Прихожане будут рады любой помощи…

Руины не нужны?

На совещании прозвучали данные о том, что и в Ульяновске немало объектов культурного наследия, которые остро нуждаются в ремонте. В аварийном состоянии находятся, к примеру, здание бывшего дворянского вокзала середины XIX века (где, кстати, встречали императора Александра II) на 
ул. III Интернационала, бывший дом Юргенса на ул. Железной Дивизии, чугунно-литейный завод купцов Андреевых на ул. Кирова.

Понимаете, какая штука: по закону можно продать, к примеру, здание упомянутого завода. Но от него остались, простите, рожки да ножки. Да, это старейший в России механический завод с собственным литейным производством, основанный в 1826 году, памятник промышленной архитектуры Симбирска. Но кто купит руины даже ради богатейшей истории?

Еще одна проблема - многоквартирные жилые дома, которые являются объектами культурного наследия. Возьмем симпатичный деревянный дом на ул. Льва Толстого, 61 (дом 
М.Н. Ухтомского). Мимо него уже и проходить опасно - того и гляди, окна на тротуар вывалятся. «Людей, которые там живут, можно без конца привлекать к административной ответственности, но главную задачу ремонта и содержания здания мы так не решим. В этом доме даже управляющей компании нет. В таких домах собственники в большинстве своем не могут и не хотят ремонтировать здания».

Так что если эту проблему не захотят решить на федеральном уровне, окна все-таки упадут на тротуар…

К аварийным приписывают и знаменитую Канадейскую башню в Николаевском районе. Ее надо было восстанавливать хотя бы в начале 90-х, тогда еще она не потеряла свой облик. А сейчас это гора кирпичей около уцелевшего осколка стены.

И для завода, и для башни точка невозврата пройдена. А вот здание магазина сельхозорудий Юргенса 
1894 года, ну, то самое, что возле Дома Гончарова под занавесочкой, еще можно спасти. Собственник долго морочил всем голову, обещая отремонтировать, что-то открыть, платил штрафы и ничего не делал. Наконец Ленинский районный суд удовлетворил исковое заявление управления по охране объектов культурного наследия об изъятии этого здания у собственника, теперь оно будет продано с публичных торгов. В Ульяновской области это первый судебный прецедент, подобные решения об изъятии памятников культуры выносились лишь в Москве, Московской области.

Почём дворянская усадьба?

Сколько дворянских усадеб существовало до революции в Симбирской губернии, сегодня точно не скажет ни один краевед. Давно исчезли унесенные ветром времени дворянские роды. Что от них осталось? Усадьбы, в которых они рождались, жили, любили, растили детей. Их немного по области - десяток-полтора. И смотреть на эти когда-то роскошные здания без горечи невозможно.

После революции они не избежали разграбления, но избежали разрушения. В них заселялись конторы, школы, детские дома и прочие организации. Так поддерживалась и продлевалась их жизнь. А потом усадьбы просто забросили.

«В Майнском, Сурском, Николаевском, Барышском районах расположены исторические усадьбы, которые находятся в неудовлетворительном состоянии и не используются, - говорит Хаутиев. - За счет оптимизации социальных учреждений данные объекты оказались невостребованными. Многие могут предложить консервацию таких исторических зданий, но она может привести лишь к постепенной утрате объекта. Кроме того, для консервации также необходимы немалые средства, которых у органов местного самоуправления нет».

Значит, дело безнадежное, ситуация неразрешимая? Стоит ли искать решение проблемы? Шарпудин Хаутиев предполагает, что можно заинтересовать инвесторов, продавая усадьбы по цене один рубль за один квадратный метр. Дешево? Но - при обязательном условии сохранения, содержания, реставрации объекта в первоначальном виде, определив срок выполнения работ от 5 до 7 лет. Государство, у которого нет средств на ремонт, получит отреставрированный объект, а собственник будет им владеть. При невыполнении условий договора и охранных обязательств договор может быть расторгнут в одностороннем порядке.

А теперь главный вопрос. Есть ли у нас в области такие инвесторы, которые жаждут вложить деньги в усадьбу в маленьком селе? И что они будут с этим зданием делать? Об иногородних речь не идет. У них своих полуразрушенных усадеб хватает. Так что света в конце тоннеля пока не видно.

Более того, по словам Хаутиева, в последнее время в связи с экономическими проблемами наблюдается массовая продажа исторических зданий в Ульяновске. В том числе и на улице Гончарова. Видимо, бизнесменам выгоднее их продать, чем содержать. Круг замкнулся.

А жаль, как жаль, что разрушается один из лучших и самых крупных архитектурных ансамблей области - усадьба Бестужевых в селе Тепловка Николаевского района! Потрепанная людьми и временем, она все равно притягивает взор. В опустевших разрушающихся залах не осталось воспоминаний о прежних владельцах, а ведь род Бестужевых был элитой отечественного дворянства. Среди них Василий Борисович Бестужев, который в 1796 - 1798 годах был предводителем симбирского дворянства. Теперь у дома нет хозяев. А мы равнодушны к этой красоте и истории.

Уж сколько лет твердим о том, что разрушается роскошная, величественная усадьба Перси-Френч в районном центре Тереньга. Таких зданий во всей области не сыщешь! Знаменитая симбирская помещица, последняя из рода Киндяковых, незаурядная личность Екатерина Максимилиановна Перси-Френч столько сделала для города и симбирян, что современным бизнесменам и не снилось. А мы даже ее усадьбу не можем сохранить на память потомкам…

Рано или поздно эти здания ждет печальная участь красивейшей усадьбы Анненковых в селе Анненково Лесное Майнского района. После того как из нее выехала местная контора, здесь поселились бомжи. В 2004 году усадьба сгорела. Останки растащили местные жители. Уголовное дело ничем не закончилось.

…Каждый раз, оказываясь у разрушающихся старых усадеб, домов и храмов, думаю, как много мы потеряли. И хочется запечатлеть в памяти осколки прошлого, пока они не превратились в пыль.

 

Татьяна ФОМИНА

472 просмотра