Симбирск 1918 года. Взятие города белыми. Власть КОМУЧа

«21 июля, в 4 часа дня, штаб симбирской группы войск получает сведения о движении колонны белых на Симбирск с юго-запада. Отряд в 120 интернационалистов под командой Волковского направляется к станции Киндяковка. Здесь они соединяются с командой разбитого бронепоезда Полупанова. Около 8 часов вечера красные части получают приказ перейти в контрнаступление», - это воспоминания участников событий Ф. Валхара и Л. Форста из сборника статей «1918 год на родине Ленина».

До падения Симбирска остаётся всего несколько часов.

Вот как описывает контрнаступление красных участник боя Ткачёв:

«На станции Симбирск I что-то сильно горело. От этого зарева рожь, по которой наступали красные, была освещена, как днём. Противник подпустил близко к себе густые цепи красногвардейцев и открыл пулемётный огонь с фронта и флангов. Первая цепь мадьяр (древнее название венгров) почти целиком была скошена пулемётами. Из второй цепи, которую составляла наша рота, мало осталось в живых. Задние цепи в панике бросились назад к станции. Оставшиеся в живых интернационалисты, видя отступление красноармейцев, также бросились назад».

Всю ночь с 21 на 22 июля шёл кровопролитный бой на подступах к городу.

22 июля в 9 часов утра Симбирск занимают наступавшие с юго-запада (со стороны Киндяковки) белые - самарский отряд под командованием полковника Каппеля. На два часа позже с востока в город вошли члены чехословацкого корпуса.

Каппель Владимир Оскарович

«Испуганные красноармейцы, преимущественно крестьянские парни, вместо сопротивления опускали оружие. Они забегали в первые попавшиеся дома, прятались в «овраге» среди города, по садам и т.д.», - из сборника статей «1918 год на родине Ленина».

Когда началось наступление на город, в самом Симбирске белогвардейцы подняли мятеж, они зверски расправлялись со всеми, кто попадался на их пути.

«Белогвардейцы же устроили буквально охоту на красноармейцев, безжалостно расстреливая их. Так, на улицах Симбирска началась кровавая бойня не только для рабочих, но и для крестьян», - из сборника статей «1918 год на родине Ленина».

Так в городе установилась власть КОМУЧа – Комитета членов Учредительного собрания (первого антибольшевистского всероссийского правительства России, организованного 8 июня 1918 года в Самаре членами Учредительного собрания, не признавшими разгон собрания декретом ВЦИКа 6 января 1918 года).

Как встретили новую власть в Симбирске?

- К новой власти симбиряне отнеслись по-разному, - рассказывает ведущий архивист Госархива Ульяновской области Антон Шабалкин. - Первыми поддержали новую власть и возвращение, так сказать, хозяев, конечно, те, кто без хозяев жить не может – это сторожа, курьеры, швейцары и банщики. В Госархиве хранится «Постановление общего собрания в поддержку режима КОМУЧа Симбирского профсоюза сторожей, курьеров, швейцаров и банщиков».

Постановление общего собрания Симбирского профсоюза сторожей, курьеров, швейцаров и банщиков с приветствием свержения большевиков и выражения поддержки режиму КОМУЧа. 28 июля 1918 г.  

Из Самары в Симбирск приезжает тот, кто должен был установить гражданскую власть - член Учредительного собрания Виктор Подвицкий. И с ним - член главного штаба народной армии Владимир Лебедев, его цель - сформировать здесь народную армию.

Лебедев следует по стопам красного командарма Тухачевского. Прибыв в Симбирск, он в первую очередь старается создать боеспособные офицерские отряды. Поначалу эту задачу он решает блестяще. Уже к 9-ти часам вечера первого дня пребывания в Симбирске Лебедева были сформированы первые офицерские батальоны.

- Это было сделать несложно, потому что на тот момент была сильна оппозиционность по отношению к Красной армии, - отметил архивист. - По данным на 17-й год в Симбирске находилось примерно две тысячи офицеров, у которых на руках оставалось много оружия. Тухачевскому удалось на свою сторону переманить далеко не всех, примерно 30%, столько же переманил на свою сторону Лебедев.

В областном Госархиве, по словам Антона Шабалкина, сохранилась рукопись телеграммы, которую Лебедев отправил 25 июля в Самару. В конце текста подчёркивалось: «…Полагаю, что Симбирск явится одним из важнейших этапов великого движения».

Телеграмма (окончание) особоуполномоченного КОМУЧа, члена главного штаба Народной армии Владимира Ивановича Лебедева о взятии Симбирска. 25 июля 1918 г.   

Красные в спешке отступали и очень многое бросили. И в той же телеграмме Лебедев говорил, что «добыча, захваченная нами в Симбирске, неисчислима. Огромнейшие запасы сукна, миткаля, шинелей, белья. Запасы выражаются в сотнях тысяч и даже в миллионе аршин, огромные запасы артиллерийского имущества, три броневых поезда, масса артиллерии, пулемётов, миллионы патронов и прочее».

- У Лебедева, когда он подсчитал трофеи, родилась идея сформировать батарею тяжелой артиллерии на тракторах, своего рода самоходки, - говорит архивист. - Причём собирались делать из автомобилей броневики, обшивая местами их металлом. Это производство планировалось наладить на автомобильном заводе Пузырёва (в районе бывшего завода Андреева – литейки моторного завода).

На второй день своего нахождения в городе Лебедев приказал сформировать добровольческий симбирский полк. Началась мобилизация. Однако желающих идти воевать, особенно в деревнях, было мало.  На призыв не являлись даже зажиточные крестьяне.

- Очень интересное воспоминание оставил бывший пулемётчик Симбирского коммунистического отряда Иван Дмитриевич Галадков, которому в феврале довелось разоружать кадетский корпус, - опираясь на документы, продолжает Антон Шабалкин. - Потом, так получилось, он был ранен, помещён в лазарет. Когда пришли белые, Галадков попал в тюрьму. Позже он написал, что даже там, в тюрьме, до него докатились вести, что симбиряне не хотят идти в эту народную армию.

«Читая заметку о посылке карательных отрядов по деревням, мы понимали, что крестьяне не идут в армию. Эти наши догадки вскоре подтвердили сами белые, прислав в тюрьму представителей для вербовки в белую армию даже среди нас, политических заключённых. Нас выставили в камере и объявили, что каждому из нас представляется возможность искупить свою вину перед Россией и для этого надо записаться в белогвардейскую народную армию. Представители предложили выйти тем, кто желает записаться. Вперёд никто не вышел. Белый офицер начал кричать. И вдруг вперёд выступает товарищ Сеюков. И когда белый офицер закончил, бросил ему: «Вы, господин офицер, ошиблись дверью, рядом камеры уголовных, может быть, там вы найдете добровольцев».

Новая власть объявила денежные сборы на нужды народной армии, в которых участвовали и местные священнослужители во главе с епископом Вениамином. Поначалу сборы были хорошие. В конце июля - в начале августа в Симбирске постоянно давали торжественные обеды то для народоармейцев, то для чехов, организовывали различные концерты, приёмы духовенства.

- В Симбирске формируется и своя самоохрана – Гражданское народное ополчение. Кстати, начальником отрядов городской самоохраны становится знаменитый архитектор Август Августович Шоде. Видимо, позже, в сентябре, бежал из Симбирска он не случайно, ему было чего бояться, - подчеркнул архивист.

На 52 дня в Симбирске установилась власть КОМУЧа.

Ленин назвал взятие Симбирска чехословаками «преступной слабостью».

«Оставление Симбирска красными войсками явилось результатом целого клубка причин. Здесь и отрицательные стороны партизанства, разросшиеся до угрожающих форм и размеров, деморализующие последствия измены главкома Муравьёва, провокация и саботаж белогвардейцев, тактическая неопытность командования и неналаженность управления фронтом, плохая работа органов ЧК и слабость политической работы в красноармейских частях. Но одной из глубоких классовых причин неустойчивости красноармейцев были колебания широких масс крестьянства», - воспоминания Бориса Чистова в книге «1918 год на родине Ленина».

Фото предоставил Государственный архив Ульяновской области

441 просмотр