Игорь Растеряев: Мы - самое обманутое поколение

Игоря Растеряева можно назвать, пожалуй, самым известным гармонистом в современной России. Прославившись после песни «Комбайнеры», сейчас он является автором уже не одного десятка песен.
Некоторые из них стали своего рода гимнами, как, например, «Русская дорога» и «Георгиевская ленточка», посвященные Великой Отечественной войне, или «Песня про Юру Прищепного» о войне в Чечне. Этой весной Игорь Растеряев побывал в Ульяновске, и корреспондент «НГ» после концерта пообщался с гармонистом.
 

- Игорь, когда два года назад вы были в Ульяновске, говорили: «Я не музыкант. Музыкант - это тот, кто ноты знает». Вы до сих пор не музыкант?
- Конечно, нет. Я не могу назвать себя человеком, который в полной мере разбирается в музыке или полноценно владеет инструментом. Меня правильнее назвать автор-исполнитель. Музыкант - для меня пока слишком высокое звание.
- Ровно год назад к нам в город приезжал Юрий Шевчук. В Интернете вас иногда сравнивают с ним, с Высоцким, с Башлачовым. Как вы относитесь к этому?
- Вы что, как можно меня с ними сравнивать.? Это же глыбы! Я, конечно, пытаюсь что-то делать, но до сравнения с такими людьми пока далеко.
- А верите, что со временем сможете стать такой же «глыбой»?
- Задачи такой я точно перед собой не ставлю. Стать глыбой - это вообще очень странная цель, - улыбается Игорь. - Просто так получается, что иногда то, что идет изнутри, складывается в песню или стихотворение.
- Сложно быть исполнителем и одновременно актером Санкт-Петербургского театра «Буфф»?
 - А я больше не актер, меня из театра выгнали, - Игорь бьет себя по губам, - то есть уволили. Уже несколько месяцев как. Так что я теперь только автор-исполнитель.
- Кроме музыкальных альбомов у вас есть книга «Волгоградские лица» с рассказами и рисунками о ваших друзьях. Нет ли желания сделать что-то подобное, но уже с впечатлениями о поездках по стране и не только?
- Мысли на этот счет есть. В плане прозаического изложения. И я надеюсь, что скоро - через год, через два - смогу эту идею осуществить.
- У вас есть песни, посвященные людям, которых вы знали или знаете: Юра Прищепной, дядя Вова Слышкин. Не думали ли написать песню, например, о героях Великой Отечественной, учитывая, что вы ленинградец, тесно связанный с Волгоградом.
- Такое бывает очень редко, потому что у меня первична музыка. И все строки складываются уже в соответствии с мелодией. Не бывает так, что я сижу и размышляю про кого бы мне придумать песню. Юру Прищепного (Героя России, погибшего в Чечне. - Ред.) я довольно близко знал, и его история была для меня на поверхности. Песня про Ермака появилась вообще из стиха про разорившийся родовой хутор, в котором поставили крест. А Ермак туда уже после «прилепился».
- Есть человек, который объединяет Ульяновск и Санкт-Петербург, - это Ленин. А ваши концерты проходят в Мемориале его имени. Как вы относитесь к этой исторической личности?
- Вы, верно, подметили, что это именно историческая личность. И мало того - очень не однозначная. Я не сторонник огульного очернения, потому что я слишком мало знаю про тот период. Но и не превозношу, как это сейчас становится модно, всех тех деятелей - Ленина, Сталина. Наша история - она ведь как маятник. И, кстати, место, где мы находимся, - Ленинский мемориал - тому пример. Насколько я знаю, здесь принимали в пионеры. А я как раз из поколения последних пионеров. Мы самое обманутое поколение. Когда нас приняли в пионеры - нам было по 10 лет. Когда с нас сорвали галстуки - по 11-12. Нам весь детский сад вдалбливали имя Ленин, а в 1992 году сказали: «Пацаны, это была шутка. Разбегаемся». А правду посоветовали искать во вкладыше жвачки из ларька.
Мы брошенное поколение, ставшее поколением наблюдателей. Лично мне нельзя вдолбить в голову то, что Ленин молодец или плохой. Я наблюдатель, который сам старается исследовать эту тему.
Игорь Растеряев
Курган (отрывок)
Январь сорок третьего года.
Бомбежка. Метель. Сталинград.
Несутся в Германию письма
Замерзших немецких солдат.
Читают в далеких квартирах:
«Пришлите кальсонов и гетр.
Мы прошагали полмира,
Но здесь не пройти километр.
Мы загнанные, как волки.
Едва стоим на ногах.
На Тракторном, Красном, у Волги
Нас бьют в подвалах, цехах.
Они сумасшедшие просто!
Такого нету нигде!
Стреляешь - а он, как апостол,
В атаку идет по воде.
Приказ их подобен бреду,
И это страшный приказ.
За Волгой земли для них нету,
Но нету ее и для нас.
Мы помним,
как с бравурным пением
Втоптали Европу в грязь,
Как жгли города и селения -
По ходу, с брони, веселясь…
Как ползали все, будто стадо…
И вот наказал нас за то
Обычный солдат Сталинграда,
Расстрелянный в решето».

Игорь УЛИТИН

Читайте свежий номер "Народной газеты"

1815 просмотров