Евгений Янкаускас: ульяновский татарин с литовской фамилией и корейским хобби

31 января 50-летний юбилей отпраздновал новый председатель региональной федерации легкой атлетики,  директор областной школы олимпийского резерва - Евгений Янкаускас.

Это сейчас Евгений Владимирович главный начальник ульяновской «королевы спорта» в строгом костюмеи с кипой документов, заседающий в просторном кабинете на улице К.Либкнехта. А 30 лет назад он и сам неплохо скоростил на беговых дорожках. В 1986-м году на Спартакиаде народов РСФСР в Брянске Янкаускас выиграл эстафету 4х400 метров, заменив на одном из этапов ульяновской команды ни кого-нибудь, а самого Владимира Крылова.

- Евгений Владимирович, ваше детство и юность прошли в Киндяковке, где каждый второй мальчишка увлекался боксом. Как же вас то занесло в легкую атлетику?

-  На самом деле, Киндяковка жила не только боксом. Также была очень популярна борьба. С подачи друга я записался в секцию к Василию Ивановичу Степченко (известный тренер по греко-римской борьбе. – Прим.А.А). Но ходил туда не долго, поскольку параллельно занимался в музыкальной школе. Мне самому это не очень нравилось, но папа хотел, чтобы я научился играть на баяне. А так как музыкальные занятия постоянно накладывались на борцовские тренировки, вторые мне пришлось оставить. Потом я оказался в футбольной школе «Мотора». Зимой играл в хоккей. Наша команда считалась одной из самых сильных в Железнодорожном районе. Выигрывали областное первенство «Золотой шайбы», ездили на межрегиональные турниры в Воскресенск и Челябинск. В футболе тоже становились чемпионами города и области.  Однажды футболисты отправились в спортивный лагерь, но мест было очень мало, из-за чего многие туда не попали. В их числе я. Тогда тренер Николай Петрович Гунин предложил присоединиться к команде по легкой атлетике. Меня и раньше туда звали, все-таки в школе я быстро бегал. Но поначалу футбол мне был интереснее. Однако в тот раз я решил уехать в лагерь с легкоатлетами,  а вернувшись, понял, что будут заниматься только «королевой спорта».

- В 10-м классе вы перешли в группу Александра Ларина и Александра Краснобаева, где от спортсменов требовалось до одури «впахивать» на каждой  тренировке. Как справлялись?

 -До этого я занимался у Станислава Михайловича Каменского, который специализировался на прыжках. Но тренеры говорили «у тебя предрасположенность к бегу, иди к Ларину и Краснобаеву, лучше быть хорошим бегуном, чем средним прыгуном». И я пошел. Первые две недели после каждой тренировки меня выворачивало. В принципе, когда серьезно тренируешься, это в порядке вещей. Но тогда для меня это была проблема. Я даже порывался вернуться к Каменскому, но тот отрезал: «раз ушел, оставайся там». Я остался и терпел. Молодой спортсмен прогрессирует в два этапа – первый за счет физиологического развития, когда у него растут кости, мышцы, связки. Но затем наступает естественный предел роста. И тогда начинается этап преодоления, когда нужно «переваривать» огромную нагрузку. Мне удалось адаптироваться и результаты не заставили себя долго ждать. Я выиграл первенство Ульяновска и области по своему возрасту, повторил рекорд города на дистанции 400 метров, выбежав из 50-ти секунд. На следующий год  получилось неплохо выступить на уровне центрального совета общества «Труд», потом открылась дорога на юниорский и молодежный первенства СССР. 

 - 400 метров считается одной из самых коварных и сложных дисциплин. Почему ее выбрали? 

 - В легкой атлетике много зависит от предрасположенности. Если мы говорим о чистых спринтерах на 100 и 200 метров, то ими, по большому счету, нужно родиться. Можно увеличить длину шага, скорость постановки стопы, отработать  низкий старт, но вот быстрое сведение бедра,  за счет которого достигается высокая частота шагов  – это качество практически не тренируется. В этом смысле Владимир Крылов или Игорь Образцов, что называется, «помазаны богом».  У меня же не было выдающихся  способностей к спринту, но определенные задатки все-таки имелись,  поэтому и стал бегать четырехсотметровку. 

- У вас литовская фамилия, хотя по национальности вы татарин. Как так получилось?

 - Я унаследовал фамилию от отца, который в свою очередь получил ее от своего отчима. Дело в том, что мой родной дедушка погиб на фронте и бабушка второй раз вышла замуж за этнического литовца, который усыновил моего папу, когда тот был еще ребенком.

- Говорят, с фамилией Янкаускас был связан курьезный случай на каких-то соревнованиях…

 - В Вильнюсе проходил чемпионат ЦС «Труд». В Литве любят спорт. Количество зрителей, пришедших на легкую атлетику, нас тогда удивило. И за своих «трудовиков» из «Жальгириса»  там болели особенно горячо, не зависимо от занятого места. Ну а если кто-то из них еще и становился чемпионом, трибуны просто с ума сходили.

 Так вот я тогда выиграл в личном забеге на 400 метров. Диктор на награждении объявляет: «победитель забега – Евгений Янкаускас»… болельщики слышат родную фамилию и заходятся в восторге. Информатор продолжает:«…из команды Россовет, «Труд». Стадион умолкает. У всех легкое замешательство, никто не понимает, что происходит. Но через паузу трибуны опять взрываются овацией. Потом подходили ко мне, спрашивали, «как же так, Янкаускас, а бежишь за Россию…»

- Завершив карьеру спортсмена, тренером вы не стали. Почему?

 - Так сложились жизненные обстоятельства. Хотя тренировать я хотел и понимал, что у меня может получиться. Но еще, будучи действующим спортсменом, я поступил не в педагогический, а в сельскохозяйственный институт. В то время  преподавателем  УГПИ на факультете физвоспитания был Валентин Степанович Кузьмин, который собирал всех легкоатлетов в группу повышения спортивного мастерства. Из-за этого многие наши ребята были вынуждены уходить от своих тренеров, потому что выдержать тренировки и там и там было физически невозможно. Но я был предан группе Краснобаева и Ларина, поэтому принял нестандартное решение и пошел учиться на инженерный факультет УСХИ. Поскольку там был еще и факультет общественных профессии, а я постоянно выступал за сельхозинститут на различных соревнованиях, в конце учебы вместе с дипломом инженера я получил удостоверение тренера-общественника по легкой атлетике. То есть мог начать тренировать. Однако молодого дипломированного инженера решили  направить по распределению в Котовский район Волгоградской области. Надо сказать, не самое привлекательное место. Надо было срочно принимать какие-то действия, чтобы остаться здесь, но при этом не иметь проблем с прокуратурой, которая преследовала тех, кто уклонялся от распределения. На выручку мне пришел заместитель директор треста «Птицепром» Вячеслав Петрович Скурлыгин. Большой энтузиаст спорта. Мы с его сыном  в свое время вместе тренировались. Так вот он организовали мне открепление. Я стал инженером на птицефабрике «Ульяновская». И со стороны правоохранительных органов ко мне вопросом не было.

 - Спустя годы вы вернулись в легкую атлетику, но уже в качестве руководителя. А кроме этого, стали судьей всероссийского категории по тхэквондо. Откуда такой интерес к корейскому единоборству?

- Тхэквондо занимались два моих сына, старший и средний. Я ходил на их тренировки и постепенно втянулся. Поначалу не понимал, как там ставят оценки: вроде бы выигрывает один, а очки дают другому. Со стороны это напоминало произвол. Я захотел разобраться в этой теме. Стал изучать тхэквондо, прошел несколько всероссийских семинаров и в 2002 году был впервые допущен к турниру в качестве арбитра. Меня заметила судейская коллегия, поскольку я судил непредвзято, в том числе по отношению к ульяновским спортсменам. Постепенно я вышел в ТОП и даже признавался лучшем судьей страны.

- На Олимпиаду могли попасть?

- Я был в числе кандидатов на поездку в Пекин-2008. Но из-за основной работы в департаменте спорта не мог часто ездить на рейтинговые турниры. Все-таки тхэквондо для меня – это не профессия, а хобби. Кто-то ездит на рыбалку, кто-то за грибами, а я езжу судить соревнования. В судейском рейтинге я стал опускаться все ниже, так что Олимпийские игры-2008прошли без меня. А в 2009-м на Кубке России в Санкт-Петербурге во время поединка я получил травму.  Бой оказался настолько динамичным, что приходилось постоянно двигаться по площадке, чтобы не мешать спортсменам. Это святая обязанность любого судьи, независимо от вида спорта. Пытаясь уйти от столкновения с бойцами, я неудачно упал – как итог надрыв задней поверхности бедра.А рефери и так было мало. Думаю, ну хоть чем-то я должен помочь коллегам, пусть и в таком состоянии. Тогда меня попросили поработать судьей-информатором – объявлять выходы участников и вести турнирную сетку. После соревнований ко мне подошел главный судья и говорит: « а мы и не знали, что у нас есть штатный диктор». С тех пор, как не просился, на додянг почти не выходил. И моим уделом стал микрофон.  Из-за этого меня в шутку называют «золотым голосом тхэквондо» (смеется).Но сейчас находить время для судейства все сложнее. Поэтому в феврале съезжу на последние официальные старты, после чего с головой окунусь в деятельность областной федерации легкой атлетики.

- Барьерист Сергей Шубенков и еще ряд ведущих российских легкоатлетов подали заявления для участия в международных стартах под нейтральным флагом. Как вы к этому относитесь?

- Я думаю, что по этой теме категоричным быть нельзя. Как патриоту России – мне  эта ситуация неприятна. Государство вложило в элитных спортсменов определенные средства. Они достояние всей страны и многие наши болельщики  ходят видеть  их принадлежность к ней, в том числе через российский триколор и национальный гимн. Но есть и другая сторона медали. Жизнь в спорте очень коротка. Особенно пик карьеры. Тот же Сергей Шубенков и другие лидеры сборной стали заложниками нелепой ситуации. И чтобы понять мотивацию людей в таких обстоятельствах нужно побывать в их шкуре. В любом случае, решение под каким именно флагом выступать остается за спортсменом.

- Российская легкая атлетика вернется в международную семью?    

- До Олимпиады-2016 я сохранял оптимизм, но когда в Бразилию не пустили наших легкоатлетов, а затем и всю паралимпийскую сборную, стал смотреть на ситуацию реалистичнее и даже пессимистичнее. Мне кажется, в ближайшее время в пользу России ничего не поменяется. Но это не значит, что нужно посыпать голову пеплом. Если мы сейчас не можем выступать на международных соревнованиях, давайте  тогда развивать внутренние, чтобы народ не забывал, что такое легкая атлетика, чтобы наполнял стадионы под завязку. Ну и, конечно, чтобы спортсмены не теряли форму. 

- Евгений Владимирович, в заключение немного философии: для вас 50 лет –  это уже 50 или всего 50?

 - Я такой же вопрос задавал своим друзьям, которые чуть раньше меня подошли к этому рубежу. И услышал разные ответы. Одни говорили, что жизнь покатилась к закату, другие наоборот, что даже не чувствуют себя на «полтинник», ни физически, ни душевно. Мне повезло, что я работаю в окружении активных людей -  тренеров, спортсменов и, наверное, заряжаюсь от них энергией.  Так что, для меня 50 -  это просто дата в календаре, не более того.

Александр Агапов

Фото Павла Шалагина

Читайте свежий номер газеты «Чемпион»

1040 просмотров