Страсти Татьяны по пернатым

 
 
 
 
Татьяна Мельник больше известна ульяновским читателям как поэт-лирик. Она автор четырех сборников стихов. Совсем недавно ее стихи вышли в журнале «Симбирск». Меня поразили фотографии, которыми они были иллюстрированы: в кадре - птицы. Как оказалось, пернатые - еще одна страсть Татьяны, которая родилась из другой страсти - фотографировать любимый город. 
Из технаря в архивисты
К своим увлечениям Татьяна Мельник пришла не сразу. Ее мечта - стать учителем начальных классов рухнула после того, как она не смогла поступить в педагогический институт. Она пошла работать на радиоламповый завод. Какое-то время надежда повторить попытку поступить через год еще теплилась. Но Татьяне - девушке из небогатой семьи - понравилось приносить денежку в дом, и она решила остаться на заводе. При заводе был филиал электромеханического техникума. Так по вечерам она стала учиться на технолога электровакуумного производства. Татьяне прочили карьеру технаря. Но завод в 90-е годы прошлого столетия приказал долго жить. И когда девушка окончила техникум, попала под волну сокращений. Потом где только не работала… 
В конце концов, когда она узнала о вакансии заведующей архивом, не раздумывая, ушла, и уже 18 лет является архивистом.
Фотоэпопея
Фотосъемками Татьяна стала заниматься уже в зрелом возрасте.
- Мой папа очень увлекался черно-белой фотографией. У него были старинные фотоаппараты «Зенит», «Зоркий». Но для меня это было очень сложно, я тогда была еще ребенком. А потом получилось так, что очень хороший друг открыл мне Ульяновск. Я не знала, что на крыше гостиницы «Венец» есть кафе. Один раз он меня туда привел. Когда я вышла на смотровую площадку, это было летом, я буквально обомлела, любуясь нашим городом. Дальше не помню, что мы заказывали, о чем говорили. Только помню, как бегала от бордюра к бордюру и кричала: «Вон-вон смотри, там видно церковь, а там то здание…». Я город и так любила, но после этого моя любовь к Ульяновску стала зашкаливать, - рассказывала Татьяна Петровна, вновь переживая те волнующие ее чувства. 
После того похода на смотровую площадку «Венца» ей вспомнилось, что у папы, Петра Алексеевича Борисова, где-то хранились фотографии дореволюционного Симбирска. Интересно, что он всю жизнь проработал инженером на заводах, мама была обычной заводской рабочей. Будучи сыном дворника и домохозяйки, Петр Алексеевич самостоятельно вы-учился фотографировать, играть на баяне, мандолине, гармони. Все подбирал на слух. И по дому делал все своими руками: от набоек на обувь до часовых механизмов. Очень любил гулять со своими дочерьми, Татьяна хорошо помнит, как он водил ее с сестрой и на Черное озеро, и на Свиягу. 
Те фотографии Татьяне вспомнились не случайно. С них-то и началась ее фотоэпопея.
- Когда папа дал мне фотографии, я долго их разглядывала, - продолжала свой рассказ о себе Татьяна Мельник, с ее лица не сходила улыбка. - Некоторые здания узнавала, некоторые нет. Потом спросила: «Папа, откуда они у тебя?». Оказывается, в 70-х годах отцу на одну ночь дали книгу Павла Любимовича Мартынова «Град Симбирск за 250 лет его существования». И за ночь он перефотографировал все виды Симбирска. Мне захотелось сохранившиеся здания сфотографировать примерно с того же ракурса и показать их современный вид. Начала думать, где мне взять фотоаппарат. Когда-то дядя мне подарил аналоговую мыльницу, но ей фотографировать что-то конкретно было очень сложно. В 2010 году я купила обычную цифровую камеру. Спасибо родителям, они мне помогли. И с ней пошла по городу. 
С того момента Татьяна Петровна проводит отпуск с фотоаппаратом на шее, шагая по улицам Ульяновска, постепенно расширяя радиус. За пять лет она сфотографировала практически все старые здания исторического центра, церкви. Потом перешла на памятники Ульяновска. Среди них есть даже памятник Расстрелянному ангелу и Еве. Потом случайно в кадр попал флюгер, теперь их в ее фотоархиве уже более сотни.
Птицы в кадре
Как-то гуляя по городу с фотоаппаратом, Татьяна Петровна обратила внимание на незнакомую птичку. Потом эти птички почему-то стали появляться перед ней все чаще и чаще. 
- Знакомые надо мной смеялись: «Татьяна, кто-то специально ловит воробьев, раскрашивает их в разные цвета и запускает перед тобой, чтобы пошутить», - вспоминала Мельник. - Действительно, есть такие птицы воробей воробьем, но только желтый или рыжий. Как потом выяснилось, это зеленушка и вьюрок. Но на тот момент я понятия не имела, что это за птицы. Пыталась выяснить, даже обращалась к специалистам, но мне сначала они не помогли. И опять же волею случая я познакомилась с Дарьей Кореповой.  Пришла на вручение «Шапки «Мономаха». И один из призов получила Дарья за статьи по орнитологии. По окончании церемонии я к ней подошла и объяснила свою ситуацию. Она сразу этому обрадовалась и пригласила меня к себе в музей, попросив прихватить фото с птицами. Дарья очень серьезно к этому подошла и назвала мне всех птиц, которых я сфотографировала. В результате я купила у нее определитель птиц, а она мне подарила шикарный фолиант птиц Ульяновска, составленный в соавторстве нескольких авторов. 
От Дарьи Татьяна Мельник услышала, что в Ульяновске можно снять до 200 видов птиц, а по Ульяновской области до 300. Через два дня Корепова ей позвонила и сказала, что ее фотоснимками заинтересовался Андрей Москвичев - орнитолог. 
- Во время встречи с Андреем я робко сказала: «Хоть бы раз посмотреть, как работают настоящие орнитологи на природе». И первая моя такая вылазка с орнитологом была 1 апреля 2012 года в парк «Прибрежный». Мы с ним тогда проходили часа два. Я, как новичок, буквально кидалась на каждую птичку. Андрей одергивал меня шепотом: «Не кричать! Руками не махать! Увидела птицу, тихо скажи! Гнездо увидела, близко не подходи! Руками не трогай!». Для меня это было откровение, он очень многому меня научил. Главное, показал, как надо наблюдать за птицами, чтобы это было безопасно для пернатых. Обидеть птицу очень легко: разорить гнездо, не заметив его, испугать так, что она может больше не вернуться на свое гнездо. Для меня теперь важнее, чтобы птица осталась жива, а не сделать красивый кадр. Я очень благодарна Андрею за все, - продолжала Мельник.
Сейчас в фотоархиве Татьяны Петровны есть 141 вид птиц, сфотографированных в городе или в шаговой доступности от города. Она не раз пешком проходила от проспекта Сурова до села Архангельское, от вещевого рынка через Баратаевскую луговину до аэропорта, от Кольцевой до Карамзинки - вот ее маршруты. Максимум в день могла пересечь местность примерно в 20 километров. 
- Птиц можно увидеть кругом в самых необычных местах, - говорит Татьяна Петровна. - Я одно время наблюдала за пустельгами, которые гнездились в слуховом окне девятиэтажки. В Ульяновске можно увидеть и цаплю, и лебедей, и чеглока… Когда я стала за ними наблюдать, они как-то сами стали попадать на глаза. Невероятно интереснейшее занятие.
Татьяна Мельник гордится, что в труды ульяновских орнитологов, в частности, Андрея Москвичева, несколько раз попала ее фамилия, как первооткрывателя какого-то вида птиц на Ульяновской земле.
К примеру, она случайно обнаружила зимородка. 
- Это невероятно красивая птица! - восторженно описывает птицу Татьяна Петровна. - Я думала, что этих зимородков полным-полно в городе. Но когда увидел фото Андрей, то был шокирован и попросил показать это место. Уже на месте гнездования птицы он все замерил, вплоть до того, что в воду спустился. Мне запретил близко подходить, боясь, что спугну. Потом в статье было указано, что «Мельник обнаружила, Москвичев зафиксировал». То же самое было с болотной совой - большая редкость на территории нашего города. В первый раз я ее случайно спугнула. Андрей, когда пошел со мной на то самое место, уже не надеялся ее увидеть. Так она была еще и с совенком! Но самого гнезда нам не удалось обнаружить, зато косвенное доказательство того, что она где-то здесь гнездится, было.
А как-то Татьяна Петровна увидела воробья с вкраплениями белых перьев, потом попался грач со странным зобом под клювом. Как объяснили орнитологи, это мутации, потому что птицы, путаясь, склевывают не то, что надо, в том числе различные химикаты, пластмассы и так далее - опасные для их здоровья. 
- Люди возмущаются: «Много ворон развелось, стрелять их надо!». Уберите мусорки! Или сделайте так, чтобы свалки не были доступны для птиц. Вороны сами уйдут туда, где для них есть корм, - вот таким призывом в защиту птиц завершилась наша беседа с поэтессой, архивистом, фотографом и орнитологом.
Ирина АНТОНОВА
 
 
284 просмотра