Елена Холодилина. Что ульяновцы знают о художнике пластовской плеяды

В январе 2018 года не стало Елены Николаевны Холодилиной. Жена Николая Аркадьевича Пластова, невестка, мать, бабушка – таковы были ее роли в семье художников, такой её знали в селе Прислониха, где она жила долгие годы и там же ушла из жизни. Но она сама была наделена недюжинным талантом живописца. Ярким свидетельством одаренности Елены Николаевны стала последняя прижизненная выставка, посвященная 85-летию художницы. Она открылась в Музее А.А. Пластова в ноябре 2017 года и проработала до конца февраля 2018-го.

Елене Николаевне, окончившей Московский государственный художественный институт имени В.И. Сурикова, ученице знаменитого профессора Д.К. Мочальского, суждено было влиться в художественную жизнь страны во время оттепели, присоединиться к поискам и открытиям «шестидесятников» – художников, отринувших соблазны отлакированного «придворного» искусства 1940-1950-х годов. Пластовская прямота, честность, вечное правдоискательство, философский взгляд на мир оказались близки Елене Николаевне, были приняты ею как неукоснительное свойство настоящего искусства.

На выставке широко была представлена пейзажная живопись Елены Николаевны. Картины природы завораживают мужественной силой, которую излучают мощные валы облаков, складки холмов, силуэты стогов, соперничающих в упругой устойчивости с очертаниями деревьев («Вечер», 1972). Сближенные по тону оттенки зеленого и коричневого передают безмерное колористическое богатство холодного осеннего дня, клонящегося к вечеру.

Из мощных контрастов теплых и холодных тонов, прочерченных резкой, решительной кистью, рождаются завораживающая динамика неба и мерцание воды на поверхности пруда в картине «После дождя» (1964-1993). Нельзя не отметить глубокое и точное понимание пластики человеческого тела и чудной стати вороной лошадки – свидетельства нерасторжимой близости искусства Е.Н. Холодилиной и творческих заповедей А.А. Пластова. Сравнение с живописью мастера подчеркивает ярко выраженную индивидуальность художницы.

И если истоки ее творчества в искусстве художников «суровых» 1960-х с их сдержанной по колориту, но раскрепощенной и свободной живописью, то нельзя не уловить и органичной принадлежности художницы к традициям русского импрессионизма. Московская школа живописи прослеживается в особой пластичности красочного слоя, виртуозном владении мазком, приобретающим под кистью Елены Николаевны самоценную значимость.

Чуткая к красоте и очарованию огромного мира природы, раскрывающего тайны в пейзажах окрестностей Прислонихи, морских берегов Хосты, натура Е.Н. Холодилиной ярко проявляется в особенной, трогательной нежности, с которой написаны любимые художницей ирисы. Тончайшие оттенки цвета, быстрые движения кисти формируют их прозрачную, воздушную плоть, которая кажется беззащитной в окружении кинжально острых листьев («Ирисы»,1980-е, 2015).

Вариации фактуры безграничны в работах Е.Н. Холодилиной. Мазок то становится длинным, гибким, формируя еще обнаженные ветви деревьев («Ранняя весна», 1971), то превращается в выпуклую мозаику осенней опадающей листвы («Тишина», 1968). Удивительно тонко взяты отношения цвета вечернего неба, освещенного краем луны, и осенней рощи, уловившей последние мгновения солнца. Поэзия и тайна в вечерней мгле («Осенний месяц», 1980) передана с непостижимой свободой и вдохновением. Кисть несколькими движениями способна передать брошенные ветром на землю травы, уловить чуткую настороженность лошади и жеребенка.

Вот и всенародно чтимая прислонихинская церковь на фоне холмов, увиденная под бурным небом в мягком обрамлении зреющего хлебного поля («В летних полях», 1989). И рядом удивительный по силе эмоционального воздействия пейзаж «Озимые как кружева полей» (начало 1970-х), где глубокие темные тона земли, освободившейся от снега, чернеющая полоса свежей пашни вступают в живописный контраст с изумрудной зеленью всходов. В этом же колористическом ключе решена небольшая картина «Последний закатный луч» (1960-е). Здесь в строй вступает звучная мелодия пруда, вобравшего отражение небес, а последний аккорд вплетает в музыку пейзажа солнечный луч, заставивший сиять золотом и киноварью одинокий деревенский дом.

В экспозиции выставки особое место занимали итальянские пейзажи Елены Николаевны. Великая архитектура, бессмертные памятники Венеции, Флоренции, Рима выступают на фоне вечной природы. Сияние небес над Ассизи, сверкание воды венецианских каналов, колыхание трав, окруживших виллу Абамелек в Риме, вступают в безмолвную перекличку с пейзажами Прислонихи.

Провожали Елену Николаевну холодным и ветреным январским днем. Но навсегда останутся ее картины, исполненные горячей влюбленности художника в этот прекрасный земной мир, центром которого стала Прислониха.

Луиза Баюра,

заместитель директора Ульяновского

областного художественного музея

267 просмотров