«Кто помнит предков имена...»

«Кто помнит предков имена – того потомки вспомнят тоже». Такую формулу памяти вывел ульяновский поэт, краевед и журналист Николай Марянин. На составление родословной своей семьи у него ушло 30 лет. Сегодня он делится с читателями «Мономаха» секретами своей фамилии и советами для тех, кто намерен заняться изучением собственной родословной.

Братские встречи

Николай Викторович, с чего всё началось?

Происхождение фамилии Марянин меня всегда интересовало. Это первое, что я пытался понять. Как рассказали отец и бабушка, в XIX веке, ещё до крестьянской реформы, в деревне Комаровка, между Казанью и Симбирском, жила моя прапрапрапрабабушка Марья, дочь Данилы. Когда она состарилась, по деревне стали её звать бабушка Маряня. А после реформы 1861 года крестьянам выдавали справки, в которых нужно было указать фамилию. «Какую фамилию выбирать будете? – спросили детей и внуков бабушки Маряни. – Вы чьи?» – «Бабки Маряни». Так и стали Марянины. А толчком к составлению родословной стал 1988 год. Умер отец. В моё родное село Три Озера (это Спасский район Татарстана, около Болгар) съехались родственники – из Казани, Москвы, Ульяновска… И на поминках возник вопрос: почему мы собираемся только по печальным событиям, почему не встречаемся просто пообщаться, отдохнуть, улыбнуться друг другу? Решили собираться каждый год. И назвали это братскими встречами.

За 15 лет мы провели десять встреч. В Трёх Озерах, в Казани, Ульяновске, на реке Майне в Старомайнском районе, в Нижнем Услоне… Человек по 40-50 приезжало – двоюродные, троюродные, семьями, с детьми. Это незабываемо! Разговоры застольные, песни, шашлычки, всякие братские соревнования – кто сильнее, кто быстрее, малышня из мелкашки стреляет… К каждой такой братской встрече мы с моим другом Сергеем Ляминым, певцом и композитором, писали песню. В Казань приезжаем – про Казань, в Нижний Услон – про Нижний Услон. Целый цикл получился.

А для меня всё это послужило толчком. На похоронах отца я пообещал родным, что напишу родословную. И через год, на первую братскую встречу привез схему, где все мы – и двоюродные, и троюродные – переплетены в одном древе. Про каждого понемножечку написал, что знал сам. Получилась страничка первая.

И я заразился этой родословной! Расспрашивал мать, бабушку, записывал их рассказы. С кем бы ни встретился из родственников: а расскажи!.. Съездил в Москву, в Тольятти, где жили бабушкина сестра и дедушкин брат. И вот уже не одна страничка, а страниц десять.

Три этапа и семь составных частей

После записи устных рассказов пришло время архивов?

Конечно. Комаровка и Три Озера до 1917 года относились к Спасскому уезду Казанской губернии. Я сделал запрос в Национальный архив Республики Татарстан по Маряниным и Елисовым (это фамилия моей матери), и они раскопали всё до начала XIX века. Почти на 200 лет назад! Мне прислали сведения, которые зафиксированы в церковных метрических книгах: когда кто родился, был крещён, кто крестные (восприемники они называются), о венчании и смерти.

С учетом этих архивных сведений получилось солидное генеалогическое древо, с конца XVIII-го – начала XIX века и до наших дней. И древо это, конечно, росло вширь. Потому что сначала я нарисовал прямых своих родственников: бабушки-дедушки, прабабушки-прадедушки... А потом начал шире: у отца три брата, четыре сестры; у матери – пять. Бабушек взять – у одной шесть сестер, у другой пять братьев… Когда всё это разрисовал – уже полная тьма людей, не сосчитать. Родословная по линии Маряниных – несколько сот человек. Елисовых, по линии матери, столько же. Потом две бабушки: одна Осокина, вторая Сидоршина, расписал их родословные. Дальше – прабабушки. Так появились родословные Ахчиных, Шероновых, Филипповых.

А великий и могучий Интернет?

В 2000-х я разместил свои родословные на сайте Всероссийского генеалогического древа www.vgd.ru. Оставил свои координаты, и полились ручейками отклики из разных мест России. Вот смотрит кто-то, положим, фамилию Сидоршин. Начинает читать и узнаёт: это же мои родственники! Благодаря Интернету я стал пополнять родословную. Получал письма, просил расписать свою веточку, добавлял… Так что наша родословная постоянно расширяется, добавляются новые сведения.

Истории, которые можно рассказывать вечно

Чем интересным из своих родословных с читателями «Мономаха» готовы поделиться?

Когда-то я сочинил стихотворение:

Во все земные времена

У памяти значенье схоже:

Кто помнит предков имена –

Того потомки вспомнят тоже…

Род Маряниных идёт из деревни Комаровка. Деревню эту в 1950-е годы затопило Куйбышевское море, ушла она на дно морское. Жители переехали, дома разобрали. Но кладбище осталось. Оно на взгорке. Уже когда жили в Трёх Озёрах, бывало, приедет отец с рыбалки, сядет на порог и плачет. «Ты что, пап?» – «Опять вода спала на Волге. И кресты над водой». А там и дед похоронен, и другая родня...

Что интересного в комаровской ветви нашей родословной? Ещё лет 25 назад я опубликовал статью о том, как Пушкин проехал по Среднему Поволжью, через Комаровку. Друзья начали посмеиваться: «Понятно, откуда стихи-то. О, смотрите, потомок Пушкина идет!». Я тоже смеялся, естественно. А когда из казанских архивов письмо пришло – ахнул! Мне ещё в 1988 году дедушкин брат рассказал, что Марья Данилова своего сына Дмитрия «в крапиве нашла» – то есть на стороне нагуляла. И тут смотрю, этот Дмитрий родился в 1834 году. А Пушкин Комаровку в сентябре 1833-го проезжал. Ну как тут не поверить семейному преданию! Смеяться надо мной ещё больше стали.

Данила Дмитриевич Марянин, сын Дмитрия, который якобы «из крапивы», – мой прадед. Работал в Комаровке помощником учителя. Умер ещё до революции. Дед мой Иван Данилович был призван на Первую мировую войну, попал там под газовую атаку немецкую. Дали им драные противогазы, надышался газов, был комиссован. Всю жизнь кашлял, собственно, и умер из-за этого.

Его брата Федора Данилыча Марянина я прекрасно помню. В Болгарах жил, к нам часто приезжал. Тоже интересная история. Ездили они в Тетюши рыбаками. Деньги получат – и в местный кабачок. И вот 1937 год, а он там поддал и две частушки спел: «Кто сказал, что Ленин умер? / Я его вчера видал – / Без штанов в одной рубашке / Пятилетку догонял!». И ещё одну: «Ленин, Ленин, лысый пёс, / Посмотри на наш колхоз… / Ленин встал, развел руками – / Что же делать с дураками?!»

И всё. Обвинён был по статье 58.10 – высказывал террористические настроения в адрес руководства партии, правительства и сочувствие троцкистам. Восемь лет дали. На Соловках отбывал. И войну там провёл. Освободили. Но он не угомонился. В 1952 году, ещё Сталин был жив, они у нас в Трёх Озёрах на маслозавод лёд возили. И на каком-то перекуре он глубокомысленно заявил: «Царь-то трубку курит, а нам и закурить нечего». И снова на два года загремел. На два, потому что после смерти Сталина начали их всех выпускать. Вот такой весёлый был.

А Осокины?

Тут тоже есть интересные подробности. Бабушка мне рассказала, что её дед Адриан Гаврилович Осокин вроде австрийцем был. Пленный австриец, отправленный на поселение в Казанскую губернию. «Только об этом лучше не говорить. Это мне ещё тятя запретил строго-настрого».

А в итоге-то что? В казанских архивах, в метрических книгах я нашёл, что никакой он не австриец. Родился в Трёх Озёрах 30 сентября 1843 года. А семейная легенда, очевидно, связана с его принадлежностью к староверческому толку, так называемой австрийщине. В середине XIX века в среднем Поволжье она была очень популярна. Старообрядцы в России в то время подвергались преследованиям, поэтому, видимо, и информация об «австрийце» Адриане Гавриловиче скрывалась даже от самых близких людей, чтобы не навредить им.

А жена у Адриана Гавриловича, опять же по рассказам бабушки, была полячка Марианна. И тоже запрещено было об этом говорить. Нашёл я его жену, Мария Ивановна Шеронова в девичестве. Родилась и она, и её предки в Трёх Озёрах, никакая не полячка. Тоже докопался, откуда корни растут. Вероятно, Мария Ивановна была потомком польских шляхтичей, поселившихся на реках Утка и Майна в XVII веке. За двести лет многие поляки обрусели, хотя и передавали своим детям сведения о польском происхождении. А когда большевики пришли, стало уже опасно об этом говорить.

Сын Адриана Гавриловича и Марии Ивановны, Карп Андрианович Осокин, тоже жил в Трёх Озёрах, был ключником у местного помещика. После революции дом у него отняли. Но богатство кое-какое он всё-таки имел и успел перепродать, обратить в золото. Было у него шесть дочерей, и каждой он выдал по золотой вещице, на которые они при замужестве могли даже дом построить. Вот такой он был у нас.

По Елисовым, по фамилии моей матери, всё достаточно просто. Они тоже комаровские, тоже перебрались потом в Три Озера. Дед мой Иван Дмитриевич Елисов женился на Марии Ивановне Сидоршиной из села Болгары. Отец её был человеком зажиточным, имел двухэтажный каменный дом, в подвале которого держал магазин. Дед мой заехал как-то в этот магазин и очаровался Марией. Со слов мамы, бабушка потом горевала: «Какие женихи у меня были, на тройках с бубенцами приезжали, всем отказала, вот дура, вышла за пьяницу». Дед был простой крестьянин, рыбак, любил поддать. Но орёл! У него и прозвище на деревне такое было.

Мария Ивановна Сидоршина, которая Елисовой стала, моя бабушка. Мама до слёз себя доводила, что её дядьки и двоюродные братья по линии Сидоршиных все пропали в 20-30-е годы: где они? Как? Что там произошло? Некоторые судьбы мне удалось восстановить.

Старший брат бабушки Ксенофонт Иванович Сидоршин служил священником в Успенской церкви в Болгарах. Его первого забрали, ещё в 1920-х. Сослали на Дальний Восток, потом перевели в Томскую область. А в 1937-м завели уже новое дело. Стандартно обвинили в участии в контрреволюционной кадетско-монархической эсеровской организации. Приговорили к расстрелу, и 8 января 1938 года расстреляли. Это я уже в Книгах памяти реабилитированных нашёл.

Дети его откликнулись на мою родословную в Интернете. Живут они в Славгороде на Алтае. От них я узнал, что сын Ксенофонта Ивановича, Аркадий Ксенофонтович, попал в плен в годы Великой Отечественной войны и там сгинул. Нашёл я потом и справку из немецкого плена. Считалось, что второй сын, Дмитрий Ксенофонтович, пропал на войне без вести. Но оказывается, он остался жив. Был военным, колесил по гарнизонам. Когда к пенсии дело подошло, служил в Белоруссии, там и остался. На родословную Сидоршиных в Интернете откликнулись его дети, мои троюродные братья, – один живет в Белоруссии, в Полоцке, другой в Днепропетровской области на Украине. Вот такие истории, которые можно рассказывать вечно.

Каждый раз – потрясение

30 лет на создание родословной – это впечатляет!

И процесс этот продолжается. Приезжает какой-нибудь родственник: «Ну-ка, что у тебя там?.. А почему про это не написано?» Сядем, допишем. Поздно я начал. Если бы взялся за родословную, когда ещё в школе учился, пока живы были все бабушки, дедушки…

Когда люди рассказывают о людях – тут не обойтись без оценочных суждений. А это довольно субъективно. Как всё это записать и сохранить, никого не обидев?

Я всё описываю так, как мне рассказывает кто-то из старожилов. И в родословной обязательно есть ссылка на то, кто это рассказал. Тут отсебятины быть не может. Есть у нас истории, с которыми не все согласны. Однажды я получил гневное письмо от молодой родственницы: «Как вы смеете порочить моего деда?! Не было того, о чём вы пишете!». Я ей написал, кто из очевидцев мне это рассказывал, посоветовал сделать запрос в МВД, поднять архивы, чтобы дали справку, за что сидел её дед. Она отозвалась: «Да, так и сделаю» – и с тех пор затихла, не пишет. Но некоторые Шероновы, приезжая на родину, всё-таки говорят: «Зря ты про это написал»...

А что для вас стало самым большим откровением? Или потрясением?

Потрясений много. Каждый раз, когда приходил к информации или открытию, о которых сейчас вам рассказываю, для меня это было потрясением. И когда находились родственники в Белоруссии, на Украине, по всей России –
это тоже каждый раз потрясение.

В вашей семье вы один занимаетесь родословной или появились сторонники и последователи?

Пока один. А дальше вся надежда на внука. Его зовут так же, как моего прадеда – Данила Дмитриевич Марянин, я настоял. Такая вот реинкарнация через пять поколений. Внук родился в 2008 году. Тоже уже почитывает нашу родословную, впитывает. Я ему говорю: «Данила, всё это я тебе передам». И уже подговариваю: «Вырастешь, назови одного из своих ребёночков Ваней». Иван Данилович Марянин будет. А тот назовёт Виктором. Будет Виктор Иванович. И сына своего назовёт Николаем. Значит, и моя реинкарнация через пять поколений произойдёт – Николай Викторович Марянин. То есть запустил я в будущее такой фантастический проект. А что из него получится, уже не узнаю.

Торопитесь успеть

Давайте подытожим: с чего начать тем, кто намерен заняться
изучением своей родословной?

Разговаривайте с родственниками! Успейте, пока они живы, опросить их и записать рассказы. Это самое главное. Архивы никуда не денутся, а люди уходят. Второе – это архивы, естественно. И третье – Интернет. Его надо прошерстить «от и до», постараться на всех основных сайтах забросить свои координаты, дать хотя бы электронную почту. Я такой-то, разыскиваю родственников таких-то. Обязательно кто-то откликнется!

Российская история гладкой никогда не была. Не все метрические книги, наверное, сохранились?

Конечно, не все. В самих церквах их делали по две, дублировали. Это по закону полагалось. Одну оставляли в церкви, а вторую сдавали в уездный архив. Понятно, что в церквах они практически все погибли. А в архивах – где как. До кого-то красный петух большевистский добрался, до кого-то нет. Тут уж как повезет.

И любой архив раскроет свои объятия любому желающему хоть что-то узнать о своих предках?

Чтобы архив мог дать справку, надо дать точную дату рождения и точные фамилию, имя, отчество своего родственника. Чтобы было от чего оттолкнуться. И по этим данным они уже начинают раскручивать информацию по всем членам семьи.

А основные сайты – какие?

Всероссийское генеалогическое древо – www.vgd.ru – самый популярный. Для начала просто вбейте в поисковике свою фамилию. Обязательно что-нибудь найдётся! Обобщённый банк данных «Мемориал» – www.obd-memorial.ru – информация о погибших и пропавших без вести в Великую
Отечественную войну. Сайт о жертвах политических репрессий – www.lists.memo.ru. Замечательный сайт «Подвиг народа» – www.podvignaroda.ru – банк документов о подвигах и наградах в годы войны, поиск по фамилии, награде, месту призыва. Есть Книги Памяти по регионам России. И много чего ещё, было бы желание.

Народная родословная: почему нет?

Из истории семей складывается история страны…

Однажды на сайте www.vgd.ru бросили клич: давайте напишем книгу! Расскажем о своих семьях с 1900 года по 2000-й. И вот она, книга «Россия ХХ век. История 100 семей». Две главы моих – Марянины и Елисовы. Чем эта книга уникальна? Здесь представлен статистический срез всей России – от Хабаровска до Украины и самых разных сословий – крестьяне, дворяне, купцы, священники. Столько историй рассказано! В этом издании концентрированно выражена Россия за весь ХХ век.

А реально сделать нечто подобное в масштабах области?

Прежде всего, надо понимать, что это будет за проект. Если это народная родословная, то её надо пропагандировать. Пробудить в каждом гражданине потребность написать родословную о себе, чтобы оставить потомкам. Простая, в общем, вещь. И не надо для этого никаких денег. Другое дело, если это при поддержке государства. Допустим, будут выделяться средства на издание родословных книг Симбирского-Ульяновского края. Тогда, наверное, это должно быть по сёлам. Если бросить клич, люди сядут и напишут. Пусть не о шестистах родственников и не по тысяче страниц, а хотя бы о том, что можно сейчас вспомнить и собрать. Затем объединить всё, в едином стиле изложить и издать книгу – родословная жителей села Шиловки, например. Почему нет?

Беседовала Людмила Ильина

17 апреля 2017 г. 16:13
  • 253 просмотра